Орден тамплиеров, госпитальеры, тевтонский орден и прочие военно-монашеские ордена, братства - рыцари и монахи. Крестоносцы и паломничество крестовых походов. Христианство и Ислам, религия и ересь в битвах и сражениях. Средневековье на сайте ИПИОХ.
Поиск:
Военно-монашеские ордена
Орден тамплиеров
Тевтонский орден
Средневековые государства
Ближний Восток
Реклама
Средневековые источники
Источники на языке оригинала
Источники в переводе на русский язык
Печатные издания
Печатные издания 2008 года
Печатные издания прошлых лет
Приложения
Карты, планы, схемы
Миниатюры, фото, иллюстрации
Конкурс
"ИПИОХ-2008"
Международный конкурс "ИПИОХ-2008"
Правила конкурса
Информационная и спонсорская поддержка конкурса
Информация
О сайте ИПИОХ
Информация для авторов и переводчиков
E-mail
Контр@Факт
ИПИОХ: Процесс против ордена Храма - Интернет-конкурс научно-исторических работ "ИПИОХ-2008"

А.Ю. Палюлин

ПРОЦЕСС ПРОТИВ ОРДЕНА ХРАМА


Дата публикации: 22 сентября 2008г.
Конкурсная работа II Международного Интернет-конкурса научно-исторических работ "ИПИОХ-2008".


Об авторе

   Палюлин Антон Юрьевич.
   Студент 5-го курса факультета права Государственного университета - Высшей школы экономики (ГУ-ВШЭ).
   Россия, г. Москва.

ВСТУПЛЕНИЕ

В последние годы всё большее внимание западных историков привлекает процесс против ордена бедных рыцарей Иисуса Христа и Храма Соломонова (далее – Ордена) или ордена Храма или тамплиеров, состоявшийся в начале XIV века. Величайшая несправедливость того времени приковывает к себе внимание историков.

В 1119 году после того как войска латинян впервые взяли Иерусалим, на развалинах Храма Соломонова рыцарь Гюго де Пейн и ещё 8 рыцарей дали клятву охранять дороги Палестины, чтобы паломники смогли безбоязненно пройти и поклониться святыням. Это было особенно актуально после того, как Иерусалим был освобождён от власти дикого эмира Ортока, вождя кочевого племени. Слава о братстве рыцарей Храма Соломонова, как они себя назвали, стала быстро распространяться. Святой Бернард Клервосский, благочестивый монах, духовный лидер XII века, глава Второго крестового похода, составил для рыцарей устав, основанный на строгом уставе цистерцианцев, который был утверждён на соборе в Труа в 1128 году. Устав стали называть Латинским. В течение долгих лет существования Ордена была составлена компиляция из трёх статутов французских Домов храма. Составлялась эта компиляция с 1140-х по 1170-е года и получила название Французского Устава, в котором нашли отражение не только нормы канонического права, но и обычаи, сложившиеся в Ордене и имеющие нормативный характер. Устав очень подробно регламентировал все сферы жизни братства.

В качестве иерархии, необходимой для рассмотрения дела, там было предусмотрено существование главы Ордена – Великого Магистра, избираемого на капитуле – сборе всех командоров провинции. Командорами называли офицеров Ордена, которые подчинялись Маршалу. Магистры возглавляли орденские Дома в отдельных государствах.

Изначально большей поддержкой тамплиеры обладали со стороны светской власти. Многие знатные дворяне платили огромные деньги, лишь бы быть похороненными на тамплиерских кладбищах, а король Арагона Алонсо I, завещал Арагон, Наварру и Кастилию ордену Храма и ордену Св.Иоанна. Правда, завещание не было исполнено: следующий король Рамиро эль Монхе откупился очень большой суммой. Орден Храма был одним из крупнейших землевладельцев средневековой Европы. Каждый феодал считал честью и благом пожертвовать храмовникам город, церковь или манор.

Орден копил и копил богатства. Многочисленные земельные владения, щедрые пожертвования, завещания и военная добыча были не единственными источниками дохода. Несомненной заслугой тамплиеров является создание банковской системы. В то время, как ростовщики-евреи были не более чем уличными менялами, Орден Храма Соломонова стоял на голову их выше. Банкирская деятельность стала для них чем-то вроде спасательного круга в той гиблой финансовой ситуации, в которой оказалась Святая Земля после провала Второго крестового похода. В связи с этим Орден стал давать путешественниками деньги в долг. Первый договор займа, кредитором в котором выступал Орден, датирован 1135 годом. Честность войска Христова была их торговой маркой, и вскоре они приобрели множество клиентов: нельзя было найти лучшего кредитора, чем мощный духовно-рыцарский орден, контролировавший всё восточное Средиземноморье, караванные пути на Ближнем Востоке и имевший поддержку папы. Ими была разработана система перевода денег: появились такие понятия как «счёт» и «чек», по которому можно было получить деньги в другой стране, что существенно обезопасило денежные транзакции. К тому же, храмовники были неприкосновенны в любой войне между христианами. Таким образом, «бедные рыцари Христовы», не имевшие личных средств, получали огромный доход в казну ордена, а Храм Соломона в Иерусалиме и Тампль в Париже стали финансовыми центрами. Во второй половине XIII века доход Тампля составлял 54 миллиона франков. К примеру, когда в 1191 году Ричард Львиное Сердце захватил Кипр, он, остро нуждаясь в деньгах, заложил его ордену Храма за 40 тысяч безантов, а позднее продал остров им же за ещё 60 тысяч золотых. Одним словом, храмовники были баснословно богаты.

 

ПАДЕНИЕ ТАМПЛИЕРОВ

Вместе с тем, у тамплиеров было достаточно врагов. Обширные владения, пожалованные им папами, сделали церковь врагом Ордена. Булла “Omne Datum Optimum” (“каждый дарящий лучшее”) рассматривалась как попрание прав церкви. Этой буллой папа Иннокентий II в 1139 году даровал тамплиерам освобождение от уплаты церковной десятины и право иметь в Ордене капелланов:

«Дабы ничто не мешало спасению ваших душ, вы можете взять себе в помощники клириков и капелланов и держать их в своем Доме и в собственном повиновении, даже без согласия епископа диоцеза, властью Святой римской Церкви. Эти капелланы должны пройти испытательный срок в один год, и ежели они окажутся зачинщиками беспорядков или просто бесполезными для Дома, вы можете отослать их, отобрав среди них лучших. Капелланы не должны дерзостно вмешиваться в управление Дома, по крайней мере если этого не прикажет магистр. Они заботятся о душах, если только этого желают магистр и рыцари».

Эта булла окончательно рассорила Орден и клир. Священники отказывали братству в бесплатных похоронах и праве собирать десятину.

Папа Александр III упрекал клир в том, что те забывают о славных деяниях храмовников в Святой Земле, утверждал то, что они заслужили такие привилегии, как освобождение от выплаты церковной десятины и право иметь собственных капелланов (булла “Omne Datum Optimum”, 1139), право проводить мессу в поселениях, находящихся под интердиктом (булла “Milites Templi”, 1144), право возводить часовни (булла “Militia Dei”, 1145), сокращение выдаваемой белому духовенству доли из завещательного имущества (из завещаний людей в пользу ордена Храма, желавших быть похороненными на их кладбищах)  с одной трети до одной четверти (булла “Dilecti filii”, 1160). Со стороны Церкви защитником тамплиеров традиционно выступал папа Римский, чьи интересы и представляло войско Христово в Палестине.

В 1293 году Магистром Ордена Храма был избран Жак де Моле, простой рыцарь из мелкопоместных дворян, не обладавший дипломатическими навыками, но очень желавшим освободить Святую землю. В 1294 году он совершил большое путешествие по Европе с целью поддержать орден Храма, целью которого Великий Магистр считал стоять в авангарде крестоносного ополчения. Эдуард I Английский заявил, что не сможет отправиться в Иерусалим, так как занят войной с Шотландией. Тем не менее, он  сделал для Ордена исключение и позволил им беспрепятственно вывозить имущество с территории Англии, в связи с чем часть казны Темпла была переправлена на Кипр – новую резиденцию ордена Храма. Папа Бонифаций VIII закрепил за храмовниками на Кипре те же привилегии, что и в Святой земле. Карл II Неаполитанский бессрочным указом разрешил им беспошлинную торговлю через южноитальянские порты. Деятельность Жака де Моле позволила тамплиерам нападать на побережья Сирии и Египта, а также укрепить базу на Руаде с целью штурма Тортозы.

Не последнюю роль сыграл военный союз духовно-рыцарских орденов с монгольскими армиями хана Газана и армянским царём Хетуном. В 1300 году перспектива взятия Иерусалима монголами и его передача христианам была очевидна для всех в Европе.

После падения Акры храмовники всё больше стали погрязать в светских распрях. Так, они участвовали в войнах Анжуйской и Арагонской династий, а также войне Англии с Шотландией. После того, как в 1298 году король Генрих II направил папе Римскому дипломатическую миссию с жалобой на тамплиеров по поводу чрезмерного количества привилегий и льгот Ордена, в 1306 году рыцари Храма поддержали требование баронов передать корону брату короля Амори.

Властители Европы вместе с угасанием религиозного пыла стали задумываться о том, что они теряют доходы из-за своих более религиозных предшественников, даровавших тамплиерам льготы, маноры, поместья и ярмарки. Вскоре после потери Палестины английский король Эдуард I попытался конфисковать и секвестировать для собственных нужд деньги, которые Орден готовился направить на Кипр под предлогом того, что поскольку Орден не может функционировать в связи с потерей Святой Земли, а следовательно, невозможностью выполнить своё предназначение (охранять паломников), то эти деньги должны быть пущены на богоугодные дела. В этот раз папа Римский запретил королю конфискацию. Тем не менее, Эдуард ворвался в Лондонский Темпл и, позвав казначея, заявил, что желает видеть драгоценности своей матери. Следует отметить, что тамплиеры не только давали кредиты из казны Ордена, но и принимали на хранение ценности и деньги, и были в этом весьма востребованы, так как лучшей военной силы в Европе того времени было не найти. В тот раз Эдуард произвольно взял из казны 10 тысяч фунтов. Его сын, Эдуард II, по восшествии на престол, повторил «подвиг» отца, забрав из казны 50 тысяч фунтов серебром. Эти факты свидетельствуют об утере Орденом прежнего неприкосновенного статуса. Но в плане ограбления Ордена бедных рыцарей Храма Соломонова более всех преуспел король французский.

Филипп IV Красивый, сын Людовика Святого, взошёл на престол Франции во времена падения Акры и отличался крайней скупостью. В «Божественной комедии» Данте назвал его “il mal di Francia” (“зло Франции”) – Чистилище, песни 20, 21. Вместе с тем, король был очень красив, верен свой супруге, что было редкостью при развращённом дворе Франции. Он подолгу молчал, предпочитая слушать других. Современники отзывались о нём так: «король был легковерным как девственница, и находился в плохом окружении».

В результате жёсткого противостояния экспансионистской Франции и Англии во главе с официально утверждённым главой будущего крестового похода Эдуардом I вспыхнула война между Францией и Фландрией. К тому же, в наследство от отца король Франции получил обязательства перед Папской курией бороться против Арагонского королевства. Огромные затраты требовали притока нового капитала. Феодальные пошлины и налоги были повышены до предела. Когда дальнейшее повышение поборов стало опасным для государства, Филипп IV и его первый министр Гийом де Ногаре придумали новый способ получения денег. Следует отметить, что де Ногаре был крайне хитрым человеком, по одной из версий – катарского происхождения. Тем не менее, поддерживая авторитет своего набожного монарха как самого благочестивого, де Ногаре не гнушался никаких мер. Они с королём обратили внимание на непопулярные в народе национальные меньшинства. Первыми пострадали ломбардские купцы, которые являлись главными банкирами короля. В качестве гарантий по кредитам им передавалось право на сбор будущих податей. Купцы подчистую обирали местное население, чем вызывали его гнев. После ломбардцев пострадали местные евреи-ростовщики. И тем, и другим была оставлена минимальная сумма денег, необходимая, чтобы покинуть королевство. В период между 1295 и 1306 годами Филипп уменьшал вес ходивших монет – ливров, су и денье, сильно девальвировав национальную валюту, примерно на две трети. После чего король предложил вернуться к «полновесным и добрым деньгам» времён Людовика IX, после чего начавшийся в столице бунт заставил короля скрываться за стенами того же Тампля.

Однако, денег не хватало, и Филипп пошёл на крайние меры – повысил церковные подати, на что не имел права. К папе Бонифацию VIII он относился без уважения за попытку примирить Англию и Францию. После издания папой буллы “Clerico leicos”, подтверждавшей запрет на действия Филиппа, король наложил эмбарго на вывоз денежных средств в римскую курию, перекрыв денежный поток в Рим вообще. Сдавшись, папа Римский провозгласил Людовика IX, деда Филиппа IV, святым, чем закрепил мир с монархом.

 

ДЕЛО БОНИФАЦИЯ VIII

Папа Целестин V был избран после 27-месячных дебатов в коллегии кардиналов. Пьетро дель Мурроне был отшельником, поддерживавшим духовное общение с францисканцами и был крайне набожен и одухотворён. К тому же, на его избрании настаивал Карл II Неаполитанский. Учитывая, что совет проходил в Неаполе, угрозы подействовали. Папа, принявший имя Целестина V долго отказывался от тиары. Поняв, что он слишком невежественен и некомпетентен, к тому же плохо знает латынь, Целестин V ушёл в отставку. Это был единственный раз в истории, когда папа Римский уходил в отставку.

Бонифаций VIII, в миру – Бенедетто Каэтани, итальянец, обучался церковному праву в Болонье, был на дипломатической службе во Франции и Англии, который при папе Николае IV стал кардиналом, согласился сформулировать юридические основания для данного акта. Вскоре Каэтани стал папой Римским, а Целестин V скончался через три года в монастыре близ Флоренции.

В 1300 году, когда власть папы была максимальной, когда на Святой земле одерживало победы войска латинян и союзников, Бонифаций VIII в честь тринадцативекового юбилея Спасителя пообещал отпущение грехов всем католикам, посетившим собор св.св. Петра и Павла в Риме и раскаявшихся. Для 200 тысяч богомольцев в стене Ватикана были сделаны дополнительные ворота, а папа с мечом и скипетром, символизировавших его право «вязать и решать», данное Богом, и в короне императора Константина, даровавшего когда-то Святому Престолу Рим, провозгласил себя Цезарем.

Однако вскоре последовало жестокое падение авторитета папской власти. Два кардинала из семьи Колонна, поддержавшей его на выборах, обвинили папу в убийстве Целестина V и забрали часть ватиканской казны, за что были лишены земель и замков. В 1301 году епископ Памьерский Бернар Сессе, высказывавшийся против Филиппа IV Французского, был арестован и обвинён в богохульстве, ереси, симонии1 и государственной измене на основании показаний его слуг, полученных под пыткой. Оскорблённый папа издал буллу “Ausculta fili”, обвинив Филиппа в оскорблении церковной власти и созвал католический синод. В ноябре 1302 года папа издал буллу “Unam sanctum”, в которой ещё раз после Григория VII сформулировал положения о превосходстве духовной власти и цитировал св.св. Бернарда Клервосского и Фому Аквинского. Не видя реакции короля Франции, папа заготовил указ об отлучении его от церкви.

Однажды во дворец Бонифация VIII в Ананьи ворвался отряд французских солдат под предводительством министра Франции де Ногаре и двух опальных кардиналов. Они напали на папу, а один из нападавших ударил его по лицу. Охрана папы была декоративной, и Бонифаций VIII смело заявил: «Вот вам моя шея, а вот – голова!» - призывая убить его. Ногаре и Колонна смутились, так как хотели доставить папу во Францию, обвинить в ереси, содомии и убийстве Целестина V, но никак не убивать. Нападавшие испугались гнева населения и поспешили покинуть Ананьи. Тем не менее, папа скончался через 4 недели в Риме от перенесённого шока.

Надругательство над Бонифацием VIII вызвало гнев всей Европы, а Данте, вообще-то не любивший этого папу, сравнил это преступление с распятием Христа. Церковный конклав отлучил от церкви двух кардиналов Колонна и отказался выслушивать оправдания. Новый папа Бенедикт XI пробыл на посту менее года и скончался. Мнения кардиналов разделились. Часть предлагала простить опальное семейство Колонна, часть – выступала за Орсини, ощущалось давление Карла II. В итоге был избран француз, Бертран де Го. Папскую тиару он получил скорее благодаря своей компромиссной кандидатуре чем выдающимся личным достоинствам. Покровительствовал новому папе Филипп IV, осуществлявший давление на кардиналов через неаполитанского монарха. Де Го, никогда не бывал не то, что в Риме, но даже на Апеннинском полуострове. Новый папа перенёс Святой Престол из Рима в Лион, зону влияния Филиппа, где и был рукоположен в 1305 году под именем Климента V. Таким образом, новый папа, описываемый как чрезвычайно порочный человек, стал марионеткой в руках французского короля.

Итальянские летописцы Аньоло дель Тура и Джованни Виллани увтерждали, что по свидетельствам кардинала Николо де Прато, на встрече Филиппа IV и Бертрана де Го были сформулированы условия поддержки последнего в качестве папы. Это были примирение с Колонна, официальное осуждение Бонифация VIII, пополнение папской курии за счёт французов и секретный пункт, «крайне важный и загадочный».

Пункты договора начали незамедлительно выполняться. В конце 1305 года из десяти вновь назначенных кардиналов девять было французами, при том четверо – родственники папы, а один – его старый приятель. В 1310 году было назначено ещё 5 кардиналов-французов, двое из которых были племянниками Климента.

Через два дня после коронации папа издал энциклику2 о новом крестовом походе, предполагая, что его возглавит набожный Филипп IV как раньше возглавил его дед Людовик Святой. Также он заставил Филиппа IV и Эдуарда I подписать перемирие и передал королю Франции 1/10 часть всех церковных доходов Франции.

Дело Бонифация VIII имело продолжение лишь в 1308 году, когда на заседании Генеральных штатов Гийом де Ногаре выступил с речью против этого папы. В атмосфере страха перед тёмными силами сам папа Климент вполне мог оказать обвинённым в том, что он одержим Дьяволом. И чтобы не быть самому обвинённым в связи с нечистым, Климент V не высказывает ничего против посмертного суда над Бонифацием VIII. Прецедент был создан в 896 году во время посмертного суда над папой Формозом. Филиппу нужно было признать Бонифация еретиком с целью восстановить репутацию де Ногаре, поднявшего руку на верховного понтифика и утвердить свой авторитет не только как полновластного хозяина над судьбой ордена Тамплиеров, но и как обладателя права карать пап-вероотступников. Частью кампании стала канонизации папы Целестина V, которого якобы сместил, заточил в тюрьму, а затем отравил коварный папа Бонифаций. Поэтому у мощей Целестина V было инспирировано несколько «чудес». Климент V применял любимую им тактику затягивания, так как ради собственного благополучия всё-таки приходилось жертвовать как минимум папским авторитетом. Из-за политического кризиса в Италии папа не смог переехать в Папскую область, и перенёс резиденцию в Авиньон, город на берегу Роны на границе Прованса. Предполагалось, что это будет временная мера, но город остался резиденцией Апостольского престола на протяжении 70 лет. Этот период в истории получил название Авиньонское пленение пап.

То, что Климент согласился дать ход делу Бонифация VIII, показало всей Европе ещё раз, что он лишь пешка в руках французского монарха. Яков II послал папе резкое письмо с замечаниями по этому поводу. Климент V мог лишь выступить в качестве защитника своего предшественника и всеми способами затягивать процесс, требуя различных документов или перенося слушания из-за желудочной болезни.

В конце концов между Филиппом и Климентом был найден компромисс. Нападение на Бонифация посчитали недоразумением, была подчёркнута роль короля Франции в деле защиты Церкви. В ответ на это Климент отозвал указы с критикой Филиппа IV, Гийом де Ногаре получил прощение в обмен на обязательство отправиться в крестовый поход. Филипп объявил о согласии с любым решением, которое примет Климент по делу Бонифация VIII.

Нельзя однозначно судить о поступке Климента V. С одной стороны он поддался воле Филиппа, посол Арагона при папском дворе писал своему королю: «Филипп теперь стал королём, папой и императором одновременно». С другой стороны, папа сумел сохранить авторитет и сдал позиции только в формальном одобрении действий французского короля. Целестин V тем не менее был канонизирован, но не как мученик, а как праведник, к тому же под светским именем Пьетро де Морроне в 1313 году.

Но была ли уступка в процессе против тамплиеров столь же незначительной? Наверное, так сказать нельзя.

 

АРЕСТ ТАМПЛИЕРОВ
Аресты во Франции

Много обсуждений в начале XIV века вызывал трактат юриста из Нормандии Пьера Дюбуа, которого считают основателем французского национализма,  “De recuperacione terre sancta” – «Возвращение Святой земли». В ней провозглашалась идея французской гегемонии во всей Европе, создания французской империи. Особенная актуальность этого трактата была в том, что Филипп IV желал завоевать Византийскую империю, как это было при его предшественниках два столетия назад, и отдать Константинополь своему брату Карлу. Столь предательское по отношению к восточным христианам решение было принято под действием устоявшегося мнения, что Византия мешает продвижению крестоносного войска на Восток. Центральной идеей трактата было слияние орденов Госпиталя и Храма и передача их казны под контроль Франции. Относительно ордена Храма Дюбуа открыто заявляет: «было бы неплохо вообще распустить орден тамплиеров и во имя справедливости полностью его уничтожить». Филипп IV предполагал встать во главе вновь созданного единого ордена и передавать власть в нём по наследству.

Идею слияния этих двух орденов разделяли многие. Известный средневековый писатель Раймунд Луллий, изучавший проблемы взаимодействия с исламом всю свою жизнь, проклинал противников этого слияния. Одним из немногих, давших ответ призыву к слиянию, стал Жак де Моле. Он видел, что конкуренция и маневренность действий при раздельных действиях этих орденов, безусловно, давала положительный эффект. Поэтому он предложил сплотить усилия храмовников и госпитальеров в деле борьбы с сарацинами, но оставаться независимыми. Свои мысли Великий Магистр ордена Храма изложил в меморандуме, где упомянул о втором Лионском соборе 1274 года, перечислив прелатов, отринувших идею слияния, среди которых был будущий папа Бонифаций VIII.

По вопросам будущего крестового похода де Моле хотел поговорить лично с Климентом. К тому же, Великий Магистр хотел попросить папу «провести расследование тех нарушений и взысканий, которые им необоснованно приписываются, дабы оправдать, если найдут их невиновными, либо наказать по справедливости, если они виноваты». Речь шла о доносах, составленными рыцарями, в своё время исключёнными из ордена Храма: Эскиусом Флуараком, Бернаром Пеле и Жераром де Бизолем. Вначале Эскиус Флуарак пытался продать эти «тайны» Якову II Арагонскому, но тот отверг этот донос. Тогда Флуарак предложил свои услуги Ногаре. Тот посоветовался с Филиппом, из чего был сделан вывод, что чрезвычайно могущественный и богатый орден мог бы поделиться властью и богатством. Король был очень подозрителен, и донос де Ногаре сыграл свою роль: Филипп IV в 1305 году сразу же после введения Климента в должность, рассказал о доносе новому папе Римскому. Климент V не поверил голословным обвинениям, так как тамплиеры за долгие службы Апостольскому престолу зарекомендовали себя с хорошей стороны, однако де Ногаре и Филипп не хотели упускать из свои рук возможности обогатиться и расправиться с чересчур могущественным орденом. Напомнив папе об этих сведениях в 1307 году, во время встречи в Пуатье, король Франции добился того, что папа после встречи написал ему письмо с просьбой не начинать расследование, так как он «не без горечи, тревоги и сердечного трепета» сам займётся этим делом.

В 1307 году Жак де Моле прибыл во Францию, привезя в парижский Тампль казну Ордена с Кипра, переговорил с королём и направился в Пуатье на встречу с папой. На встрече Магистр обосновал невозможность слияния орденов Храма и Госпиталя из-за продуктивной конкуренции. А идея о соединении орденов была выдвинута папой Николаем как оправдание потере Акры, хотя сам папа никакой помощи осаждённым не оказал. В это время агенты французского короля распространяли слухи, что Святая земля не была бы потеряна, если бы тамплиеры были добрыми христианами.

Откуда же возникли основания для обвинения Ордена в страшных грехах? Первые доносы были составлены тремя исключёнными тамплиерами. Исключали из Ордена по основаниям статей Французского устава:

Ст. 68 предусматривает изгнание из Ордена за незаконное ношение или передачу белого плаща с крестом, так как незаконное ношение рыцарских плащей часто портило репутацию Ордена.

Ст. 91 говорит о том, что изгнать из Дома следует, если член Ордена утаит что-либо из имущества от Магистра либо командора. Не стоит забывать, что Устав бедных рыцарей запрещает им иметь что-либо в личной собственности кроме установленной одежды и комплекта доспехов.

Ст. 168 предусматривала изгнание навеки при бегстве с поля боя.

Также в ст.ст. 224-232 предусматривалось девять проступков, за которые брат Дома Храма мог быть изгнан из Дома: симония, раскрытие тайны Капитула, убийство христианина, воровство, покидание замка не через ворота, сговор, предательство в пользу сарацинов, ересь и опять же бегство с поля боя.

Как видно, проступки довольно тяжёлые, и обиженные братья имели все основания как для того, чтобы затаить обиду на Орден, так и для того, чтобы продолжать использовать неполитические методы.

Некоторый Носсо де Флорентен, приговорённый главным прецептором и капитулом Франции к пожизненному заключению, исповедовался в своих грехах, и его признания были использованы против Ордена. Согласно Уставу, было только одно основание для навечного заточения в тюрьме (прецедент, изложенный в ст.554): убийство христианина. Примечательно, что до того, как в Процессе начали применять пытки, Орден обличали только люди, осуждённые за неправедные деяния и зарекомендовавшие себя не с лучшей стороны.

Однако для того, чтобы начать процесс, было достаточно этого подтверждения. Филипп IV проигнорировал запрет папы Римского и 14 сентября 1307 года разослал всем бальи3 и сенешалям4 своих провинций «плачевную и печальнейшую весть, исполненную гори и скорби…», написанную де Ногаре. В письмах описывалось, как тамплиеры оскорбляют Христа, высмеивают христианство, поклоняются идолам и предаются порокам. В итоге по приказу Филиппа это

«нечестивое, богомерзкое сообщество идолопоклонников… должно быть арестовано и задержано, чтобы предстать перед судом церкви, а вся их недвижимая и личная собственность должна быть передана в наши руки и бережно сохраняться…»5

Следует обратить внимание, что де Ногаре сформулировал постановку вопроса так, словно вина ордена Храма уже доказана. Бальи и сенешалям предписывалось в тайне выяснить, сколько обителей Храма находится под их юрисдикцией. День ареста был назначен на 13 октября. Инквизиции Филипп предписал применить пытки, а также «сообщить им, что папа и мы сами поверили перед лицом бесспорных свидетельств в те грехи и мерзости, которыми сопровождались их обеты и служение; вы должны пообещать им прощение и благоволение, если они признают правду, если же нет, то они будут осуждены на смерть»6. Также король Франции написал письмо Эдуарду II с предложением арестовать храмовников, расписав их грехи в самых чёрных тонах. Дело, изложенное перед прелатами, баронами и графами королевства, священником Бернаром Пелетеном, не получило отклика в Англии, так как никто не поверил заявленным обвинениям.

В ночь на 13 октября все тамплиеры Франции согласно распоряжению были арестованы. Жак де Моле был арестован в покоях командорства Парижа, где находился по случаю смерти Екатерины де Куртене, супруги Карла Валуа, брата короля, который и пригласил Великого Магистра на похороны. Монахом было поручено разъяснять в общественных местах Парижа и садах Пале Рояля грехи храмовников. Глупость и суеверие эпохи позволили предъявить им такие обвинения, как поклонение идолу, обёрнутому старой, промасленной кожей. Было заявлено, что рыцари Храма сжигали тела больных братьев и подмешивали порошок из их праха в пищу неофитам, что своих идолов тамплиеры смазывали жиром ими же поджаренных младенцев и что они совершали многие прочие богопротивные обряды. К примеру, такие обвинения подтверждались в «Истории Савойи», написанной Гийомом Параденом. Он также пишет, что тамплиеры топтали ногами крест и заставляли неофитов отрекаться от Христа, признать его лежпророком и плевать в сторону Распятия. Этому явлению чуть позже будет дано объяснение. Параден пишет, что храмовниками посулами вовлекали женщин и дев в свою «секту», а детей, рождённых после оргий между этими женщинами и храмовниками, кидали его по кругу, пока тот не умрёт, а после смерти они его поджаривали. Это обвинение прямо противоречило статье 71-й Французского Устава, которую имеет смысл процитировать полностью.

«Мы считаем, что любому верующему опасно смотреть слишком много на лицо женщины. По этой причине никто из вас не должен осмеливаться целовать женщину, будь то вдова, девушка, мать, сестра, тетя или кто иная, и отныне Рыцари Иисуса Христа должны всеми средствами избегать объятий женщин, через которые мужчины погибали не единожды, так, чтобы они могли вечно оставаться перед лицом Господа с чистой совестью и праведной жизнью».

Ст. 236 предусматривала лишение накидки и как дополнительное наказание – заковывание в железо того брата, которого заметят с женщиной. Ст. 452 уточняет, что такому рыцарю более никогда нельзя будет носить чёрное-белое знамя – Босеан или печать, иметь братьев под своим началом либо участвовать в выборах Магистра.

П.П. Рид указывает, что тамплиерам вменялось в вину жадность и своекорыстие (вероятно как отражение их банковской деятельности), переговоры с мусульманами и потеря Святой земли (здесь, видимо, речь идёт о переговорах с ханом Газаном, который обещал взять Иерусалим и передать его христианам, но вскоре сам перешёл в ислам)7.

Характер первых обвинений подтверждает, что враги Ордена не могли вменить ему каких-либо серьёзных преступлений. В своё время точно такие же обвинения были выдвинуты против катаров и папы Бонифация VIII, что-либо новое изобрести было уже трудно. Двенадцать дней рыцари отрицали обвинения, и король передал арестованных во власть ордена св. Доминика, лучших палачей того времени. 19 октября великий инквизитор с помощниками явился в парижский Тампль, где приступил к пыткам тамплиеров. Сто тридцать восемь рыцарей было подвергнуто страшным пыткам: их жарили на медленном огне, выкручивали суставы. Тридцать шесть из них погибли, многие навсегда остались инвалидами. Некоторые, под воздействием пыток, признали некоторые преступления, но при первой возможности публично опровергли их, удостоверяя, что показания были получены под пыткой. Некоторым рыцарям показали поддельные письма Магистра с рекомендацией подчиниться властям и признать вину8. Имущество Ордена было конфисковано в казну.

Орден бедных рыцарей нельзя было сравнивать с еврейскими ростовщиками. Такое обращение с ним вызвало гнев народа, властителей Европы и по крайней мере официально, папы Климента V. Он отправил Филиппу гневное послание, в котором обвинил короля в присвоении себе полномочий Церкви, поднял руку на Орден и его имущество, «усугубил и без того тяжёлое положение заключённых дополнительными страданиями»9, имея в виду применение пыток.

Пытки были разрешены папой Иннокентием IV в целях более эффективного расследования инквизицией, образованной на базе ордена доминиканцев, антицерковных выступлений. Пытки полагалось прекращать при появлении крови.

Эти издевательства над благородными и смиренными братьями ордена Храма вызвали широкий отклик за рубежом Франции. 4 декабря 1307 года Эдуард II отправил королям Португалии, Кастилии, Арагона и Сицилии письма, в которых призывал не поддаваться наветам Пелетена и прочих «злобных людей, которыми движет, как мы убеждены, не страсть к истине, но дух алчности и зависти…», призывает не обижать рыцарей Христовых, пока их вина не будет доказана. Сочувствие по поводу скандала король Англии направил также и папе Римскому. Отправив письмо папе, король вскоре получил папскую буллу “Pastoralis praeminentiae”, в которой говорилось о странных слухах, доходивших до верховного понтифика и подтверждённых королём Франции. Климент V предписывал всем королям и принцам Западной Европы заключить под стражу всех тамплиеров страны и передать всю их собственность в управление некоторых доверенных людей. Такой поворот в отношении папы к процессу над тамплиерами был вызван тем, что несмотря на суверенный контроль папы над Орденом, несмотря на то, что рыцари, хотя и ошеломлённые арестом, сохраняли силу духа, неожиданно слабо повёл себя Великий Магистр. Он подтвердил сказанное Филиппом IV, заявил, что действительно отрицал Христа как Спасителя, плевал на распятие и так далее. Единственное обвинение, которое де Моле не признал – это участие в гомосексуальных связях. Однако для де Ногаре было достаточно сделанных признаний.

Во Франции после де Моле в преступлениях против веры созналось ещё несколько руководителей Ордена. Гуго де Перо, генеральный смотритель Ордена, принимавший в его члены много французских тамплиеров, заявил, что рекомендовал новичкам «охладить свой темперамент с одним из братьев».

Согласно заявлению Жоффруа де Гонвиля, командора Аквитании и Пуату, сатанинская практика в Ордене была внедрена после того, как «некий растленный магистр», взятый в плен турками, поклялся султану, что внедрит в Ордене обычай при вступлении проклинать Христа. Следовательно, это был год либо 1159 (год выкупа Мануилом Комниным Великого Магистра де Бланфора), либо 1188 (год освобождения Жерара де Ридфора). Возможно, де Гонвиль имел в виду кого-либо ещё, что однако не даёт повода верить ему. Он утверждает, что сам не отрекался от Христа, и ему разрешили это делать, так как его дядя был влиятельным вельможей при дворе английского короля, в обмен на клятву о неразглашении, данную на Евангелии. Во Франции под неожиданным напором светских и церковных властей многие рыцари обвиняли себя и Орден в грехах. Немногие отвергли обвинения, но на общей картине их показания не сказались.

Первым перед церковной следственной комиссией из трёх кардиналов, посланных Климентом V в Париж, был Жак де Моле. По словам очевидцев, он задрал подол рубахи, продемонстрировал следы жестоких пыток и отрёкся от своих показаний. И снова рыцари последовали за своим Магистром и стали отрекаться. Многие тамплиеры были в хороших отношениях с теми тремя кардиналами, к тому же протекцию оказал настоятель собора в Лангре, брат Жака де Моле. Внутри Папской курии вспыхнули острые разногласия, так как десять кардиналов, девять из которых были французами, боялись пойти против мнения короля Франции, который к тому же был в таких хороших отношениях с папой Климентом V.

Для французских рыцарей Храма отказ от прежних показаний был сопряжён с опасностью признания их упорствующими еретиками, которые, по правилам святой инквизиции, должны были быть переданы светским властям для сожжения на костре. Однако Великий Магистр ордена бедных рыцарей Христовых верил в справедливость верховного понтифика, и, поначалу, небезосновательно. Когда Филипп узнал, что кардиналы не признают обоснованность обвинений в адрес тамплиеров, он стал угрожать папе выдвижением против него таких же обвинений, на что Климент ответил, что скорее сам умрёт, чем осудит невинных. В феврале 1308 Климент V велел инквизиторам приостановить пытки тамплиеров.

Арестованных перевели в королевские тюрьмы. Однако, власти папы хватило только на это. Филипп раздал имущество Ордена в управление своим чиновникам в то время как у папы не было воинских формирований, чтобы, как полагалось по каноническому праву, перевести это имущество в своё управление. Филипп развернул агитацию против папы, анонимные памфлеты клеймили защитников тамплиеров, а ранее упоминавшийся Пьер Дюбуа выпустил обращение к общественности, где говорилось, что Климент V развёл семейственность и погряз в коррупции, а затянувшийся процесс по делу тамплиеров можно объяснить лишь обильными взятками папе. Для укрепления общественного авторитета король Франции решил сделать запрос в Парижский университет и созвать Генеральные штаты. В феврале 1308 года Филипп IV сделал докторам теологии следующие запросы: как ему поступить с тамплиерами? Имеет ли он право предать их суду без согласия папы римского? Если храмовников признаю виновными, как поступить с их собственностью? Ответ профессоров не удовлетворил короля. Они напомнили ему, что Орден находится под юрисдикцией Святого престола, и без его благословения действия против Ордена предпринимать нельзя.

На заседании Генеральных штатов не происходило ничего значимого кроме пространной обличительной речи Гийома де Ногаре против ордена Храма и папы Бонифация VIII. После окончания заседаний часть делегатов вместе с королём отправилась в Пуатье, где Филипп IV на глазах своего брата и детей, а также многих знатных дворян распростёрся у ног верховного понтифика. Климент его поднял, оказав подчёркнутое внимание.

Однако 29 мая 1308 года на открытом заседании католической консистории10 Гийом де Плезан – Великий инквизитор Франции и духовник короля зачитал сформулированные главным образом им и де Ногаре обвинения против тамплиеров, содержащие пункты о ереси, чёрной магии, святотатстве и утрате Святой земли. Как было заявлено, эти злокозненные деяния были разоблачены благодаря усердию короля Филиппа, сделавшего за папу всю грязную работы, и если он не присоединится к «ревнителям христианской веры», то они сами совершат Божественное возмездие. Де Плезан всячески скрывал, что король желает получить собственность тамплиеров, но для папы это не было секретом, и Климент повёл себя мужественно. Он заявил, что будет участвовать в судебном процессе, только когда все братья Ордена и их собственность будут у него, что соответствовало каноническому праву.

Однако, чиновникам и Папской курии удалось достичь компромисса. Филипп Красивый представил папе семьдесят двух тщательно отобранных тамплиера, которых заставил повторить свои показания о разложении ордена. Первым предстал капеллан Жан Фольякко, обвинённый капитулом Ордена в коррупции, за ним – сержант Этьен Тройе, имевший нарекания по службе. Сержант красочно описал голову демона Бафомета, которой храмовники якобы поклонялись и заявлял, что его регулярно били за отказ участвовать в гомосексуальных оргиях. Правда, описания головы-идола из уст разных свидетелей различались. Один утверждал, что это была «отвратительная чёрная рожа», другой видел нечто «белое и с бородой», другие – «голову с тремя лицами». При анализе документов можно было выяснить, что более половины свидетелей были ранее исключены из Ордена за преступления, описанные ст.ст. 68, 91, 168, 224-232 Французского Устава. Среди свидетелй не было ни одного представителя верхушки Ордена, так как они, якобы, плохо себя чувствуют. Несмотря на это, папа принял «объяснения сторон» как хороший консенсус и мог с чистой совестью разрешить инквизиции продолжить расследование. Филипп обещал передать имущество храмовников специальным кураторам, а тамплиеры оставались в его руках теперь «по поручению церкви».

Буллы, изданные во второй половине 1308 года подтверждают, что Климент принял версию событий, составленную французскими обвинителями и признал правоту короля Франции. Папе следовало опасаться Филиппа IV. Он унаследовал власть и духовный авторитет от своего деда, Людовика IX, признанного святым при том же Клименте V. Монарх Франции мог претендовать не только на светскую, но и на духовную власть понтифика. Старания французских глашатев и адвокатов привели к тому, что тамплиеры в общественном сознании стали ассоциироваться с маргинальными группами. Папа даже посылал запрос Якову II, действительно ли тамплиеры принимали ислам и планировали в Гранаде вступить в союз с евреями и сарацинами. Королевские следователи стремились сделать достоянием общественности такие факты, что бывший командор тамплиеров в одной из провинций Бернар Фонтибу, бежавший от преследования, стал послом тунисского султана в Арагоне. Авторитет Филиппа позволял бороться как с рыцарями ордена Храма, так и с их защитниками.

Климент V поручил епископам организовать в своих округах провинциальные советы по расследованию «злокозненных деяний мерзких тамплиеров». Советы должны были состоять из двух монахов-доминиканцев, двух монахов-францисканцев и двух кафедральных каноников. Для расследования деятельности Ордена была создана отдельная папская комиссия из восьми спецуполномоченных, в тюрьму Шинона для допроса высокопоставленных узников были направлены три кардинала. Архиепископам были направлены буллы, в очередной раз повествующие об ужасных преступлениях тамплиеров, «наполнившие душу ужасом». Обвинение выглядело уже абсолютно доказанным, требовалось лишь время на то, чтобы уладить формальности. На 1310 год был назначен Генеральный церковный собор во Вьенне по поводу дела тамплиеров, нового крестового похода и церковной реформы.

Аресты в Англии

Король Англии Эдуард II с готовностью исполнил предписание папы, и издал приказ об аресте братьев ордена Храма и конфискации их собственности. В рамках заботы о собственности Храма, король приказал не забывать засеивать земли Храма, пока храмовники находятся в тюрьмах. 20 декабря 1307 года каждому из шерифов Англии были направлены королевские предписания с указанием избрать из подведомственных им округов 10 или 12 надёжных людей в каждом графстве и под страхом полной конфискации доставить их в указанное место в графстве. Угроза конфискации относилась как к шерифам, так и к доставляемым. Они должны были исполнить повеления «касающиеся общественного порядка», которые должны были доставить в запечатанных конвертах клирики. Шерифы должны были дать клятву, что до исполнения указаний не будут разглашать их содержимое. Кроме шерифов Англии подобные указания получили юстициарии Честера, Западного и Северного Уэльса, Ирландии, а также казначей Дублина и наместник Шотландии.

Эдуард II доложил папе о выполнении операции, и вскоре все тамплиеры королевства были взяты под стражу. Магистр Англии Уильям де ла Мор был отпущен под залог по просьбе епископа Даремского. Де ла Мор сменил на посту Брайана ли Джея, который, к слову, погиб в битве при Фолкирке. Там выясняли отношения армии английского и шотландского королей. Это ещё раз подтверждает, что орден Храма, втянутый в войну между христианами, заметно потерял былую непорочность. Согласно статьям 226, 418 и 553 Французского Устава, причинение смерти христианину или христианке карается изгнанием из Дома навеки. Так что Орден был отнюдь не беспорочен даже касательно своей верхушки.

Климент V направил епископам Англии буллу “Faciens miserecordiam” ("Деяния, достойные сожаления"), в которой в очередной раз выразил прискорбие по поводу процесса, но заявил уверенность в виновности Ордена, похвалил Филиппа IV, который «не из-за алчности, но воспламенённый радением за истинную веру» помогает в деле свершения правосудия. Папа также упоминает, что король Франции дарует прощение раскаявшимся тамплиерам. Короля Англии верховный понтифик обвинил в раздаче собственности Ордена светским лицам и объявил о направлении прелатов для совместного владения собственностью Ордена. Эдуард ответил, что собственностью тамплиеров распоряжаются только ради её сохранения.

13 сентября 1309 года Эдуард выдал охранные грамоты аббату Ланьи и канонику11 из Нарбонны Сикару де Вору, инквизиторам, назначенным папой для расследования дела против тамплиеров. Епископам Лондонскому и Линкольнскому, а также архиепископу Кентерберийскому было назначено присутствовать вместе с инквизиторами при выдвижении обвинения против тамплиеров в своих епархиях.

На следующий день Эдуард распорядился перевести арестованных тамплиеров (на тот момент их было 229) в тюрьму лондонского Тауэра, Йорка и Линкольна. Шерифам предписывалось собрать присяжных для установления истины. Были арестованы прецепторы многих английских городов, капелланы и настоятель церкви Темпла. Многие рыцари, однако, уничтожили следы своей былой деятельности, сняли плащи, сбрили бороды и убежали в труднодоступные местности Уэльса, Шотландии и Ирландии.

22 сентября того же года архиепископ Кентерберийский получил папские послания для передачи епископам королевства, а также перечень пунктов обвинения. Его надлежало тщательно переписать, вернуть посланцу и держать в тайне. Архиепископ приказал огласить во всех церквях Англии буллу, в которой папа объявлял, что клирики либо миряне любого сословия, приютившие или помогающие тамплиерам тайно или явно помощью или советом, будут отлучены от церкви.

 

ВЫДВИЖЕНИЕ ОБВИНЕНИЯ

20 октября 1309 года томящимся уже полтора года в тюрьмах тамплиерам, на латинском, французском и английском языках зачитали перечень пунктов обвинения. Ч.Дж. Адиссон называет эти пункты «памятником человеческому безумию, суеверию и невежеству».

Item. В указанном месте, в указанный день и час, в присутствии вышеназванных лордов и поименованных нотариев, пункты обвинения, включённые в апостольскую буллу, были зачитаны и предъявлены нам, коих содержание следует ниже.

Вот пункты, по которым будет произведено расследование против братьев рыцарского ордена Храма и пр.

1. Что при первом принятии в орден, или некоторое время спустя, или когда представится возможность, их заставляли или уговаривали те, кто принимал их в лоно братства, отвергнуть Христа или Иисуса, или распятие, или один раз Господа, или в другой раз приснодеву Марию, а иногда Всех Святых.

2-13 статьи уточняли это обвинение, говорили о попирании ногами креста, о том, что братья на него мочились, что по утверждению братьев обрести спасение через Христа невозможно.

14. Что они поклонялись коту, которого помещали в центр на своих собраниях.

15-19 статьи заявляли о неверии тамплиеров в святость Алтаря и церковные Таинства.

20-23 статьи описывали нарушения при ведении мессы в Ордене.

24-29 статьи говорили о том, что Великий Магистр, ревизор и прецепторы, в том числе миряне, могли отпускать грехи.

30-35 статьи содержат обвинения в развратных действиях на церемонии принятия братьев в Орден.

36. Что принятие братьев в орден осуществлялось тайно.

37. Что никто не присутствовал при этом, кроме братьев названного ордена.

38. Что по этой причине давно возникали сильные подозрения.

Против 36-38 статей заявить было нечего. Однако последний раздел Французского Устава, «Принятие в Орден» подробно описывал процесс принятия, клятвы, которые давал неофит, его обязанности. Устав, как военная тайна, был доступен только для тамплиеров и папы Римского.

39-45 статьи заявляли о гомосексуальных оргиях храмовников.

46. Что сами братья в каждой провинции имели идолов, а именно головы, некоторые с тремя лицами, а другие с одной, а в некоторых случаях человеческий череп.

47-56 статьи говорят, что тамплиеры поклонялись этой голове как Богу и Спасителю, что она сделала Орден могущественным и принесла ему удачу и богатство. Королевские прокуроры заявляли, что Орден состоит на службе у самого Дьявола.

57. Что они обвязывают голову указанного идола верёвками или прикладывают их к ней, и этими верёвками подпоясывают свои рубахи или кожаные одежды.

В 58-63 статьях говорится, что эту верёвку давали неофитам и заставляли носить постоянно.

64. Что тех, кто отказывался делать всё вышеупомянутое при принятии или исполнять впоследствии, убивали или заключали в темницу.12

Аддисон упоминает, что в оставшихся 21 пункте обвинения затрагиваются вопросы исповеди и ереси в Ордене. Позднее, Вольтер напишет, что обвинение опровергает само себя. И в этом действительно есть доля правды. Поскольку в Англии процесс шёл более объективно (не чувствовалось давление де Ногаре и Филиппа IV, с тамплиерами обращались несколько лучше), то рассмотреть ход дела лучше на примере именно этого королевства.

Прецептор или Магистр Англии Уильям де ла Мор и 30 его соратников отрицали вину Ордена. Тогда инквизиция приступила к допросу по одному.

23 октября 1309 года брата Уильяма Райвена допрашивали о том, как его принимали в Орден. Он рассказал, что магистр Англии спрашивал его о твёрдости веры, готов ли он служить Господу и Пресвятой деве. Ему объяснили, что порядки в Ордене суровы, что тамплиер должен следовать воле прецептора. Рыцарь поклялся на святом Евангелии, что не будет иметь собственности, будет хранить целомудрие, что не допустит несправедливости и не будет применять насилия кроме как для самозащиты или против сарацинов. После допроса заключённого отправили обратно в Тауэр с приказанием изолировать его от остальных братьев.

На следующий день допрашивали брата Гуго де Тадкастра, который, не имея общения с Райвеном, подтвердил его показания полностью, добавив, что он поклялся защищать Святую землю, что дал три обета: целомудрия, бедности и повиновения, и что плащ ему вручали в церкви в присутствии магистра и братьев, удалив мирян. 25 октября брат Томас де Чемберлен пояснил, что в Англии и за морем традиции принятия в Орден одинаковы, что когда его принимали в братство, дверь церкви за ним заперли. Он заявил, что не знает, зачем это делается, но так записано в уставе. В уставе нет прямого указания на то, что принимать братьев следует в присутствии исключительно членов братства. Но согласно смыслу 11 ст. Французского Устава, на капитуле13 могут присутствовать только братья. Ст.ст. 659, 660 говорят, что после того, как братья расскажут рыцарю, желающему приобщиться к Ордену о лишениях, которые его ожидают, неофит должен войти в капитул. Таким образом, присутствие мирян исключается.

С 25 октября по 17 ноября прошло ещё много допросов, но по всем пунктам обвинения отрицались. На вопрос, почему принятие в Орден осуществлялось втайне, брат Гимберт Бланк дал самый правильный ответ: по собственной необъяснимой глупости. На вопрос, зачем они носят верёвки, никто не смог ответить точно. Кто-то говорил, что их называли поясами целомудрия, кто-то – что их носили для покаяния или что это был древний пилигримский обычай. Рыцарь, состоявший в Ордене сорок три года, знал, что их носили по наставлению св. Бернара, писавшего Устав для тамплиеров. Однако все отрицали, что верёвками обвязывали каких-то идолов. Неприличные поцелуи, которые вменялись храмовникам 30-й статьёй обвинения «во все восемь отверстий» по утверждению заключённых тамплиеров были не более чем христианскими поцелуями, широко применяемыми при совершении церковных обрядов.

Радульф де Бартон, настоятель церкви Темпла дал разъяснения по поводу 24 пункта обвинений. На самом деле, Великий Магистр мог даровать братьям прощение за нарушение устава, но никак не отпускать грехи. Тайна капитула охранялась очень тщательно. Если кто-либо из братьев был наказан в капитуле, то присутствовавшим запрещалось рассказывать отсутствующим, что происходило в капитуле. За то, что брат рассказывал посторонним, как его принимали в Орден, с него тут же срывали накидку (ст. 418 Французского Устава). Де Бартон заявил, что братьям не запрещалось исповедоваться у священника, а о преступлениях, вменяемых Ордену, он не слышал.

Прецептор Оверни брат Гимберт Бланк, состоявший в Ордене 38 лет, заявил, что ни один другой рыцарский орден не верует в святость алтаря больше, чем рыцари Храма Соломонова, что тамплиеры истинно верят во всё, чему учит церковь и всегда поступали так. А если Великий Магистр говорит об обратном, то по утверждению Гимберта Бланка, он лжёт. К показаниям Бланка присоединился Роберт Скотт, состоявший в Ордене 26 лет. Брат Ричард де Петевен, состоявший в Ордене 42 года, заявил, что никогда не подымал оружия на христиан кроме как в случаях, предусмотренных в Уставе, и о страшных обвинениях против храмовников ничего не слыхал, пока Бернар Пелетен не привёз королю Англии обращение Филиппа IV.

На 22-й день расследования в протоколах допросов была сделана следующая запись:

«Меморандум. Братьям Филиппу де Мьюсу, Томасу де Бартону и Томасу де Стаундону было предложено и чистосердечно рекомендовано выйти из ордена, и каждый из них ответил, что скорее умрёт, чем сделает это».14

Как мы видим, вера тамплиеров была действительно крепка, и они не собирались покидать свою организацию и предавать идеалы из-за страха быть осуждёнными.

19 и 20 ноября семь свидетелей-мирян были допрошены инквизицией, но они также не смогли сказать что-то обоснованное против Ордена. Нотарий Уильям ле Дортюре сказал, что капитулы тамплиеров проходят до рассвета, и он думает, что тайная процедура принятия объясняется скорее дурными побуждениями, чем хорошими, однако ни в каких преступлениях обвинить Орден он не мог. Клирик Гилберт де Бруер сказал, что самое дурное, в чём он подозревает тамплиеров – излишняя строгость к братьям.

25 ноября в кафедральном соборе Св. Павла собрался церковный совет графства. После проповедей, чтений папских булл, обсуждении церковных реформ и судьбы Святой земли, на седьмой день заседания все члены совета и папские инквизиторы собрались в покоях архиепископа Кентерберийского. Их ознакомили с показаниями и протоколами допроса сорока трёх тамплиеров и семи свидетелей. Совет был прерван на день, чтобы присутствующие смогли ознакомиться с материалами дела. На следующий день, 3 декабря 1309 года совет постановил, что инквизиторы и трое епископов должны просить королевской аудиенции с целью получить дозволение короля вести процесс по церковным установлениям. 16 декабря их просьба была удовлетворена: тюремщики получили приказ позволить клирикам и инквизиторам пытать тамплиеров согласно установлениям инквизиции. В мирском процессе в Англии пытки были запрещены.

Параллельно с Англией процесс шёл и в Шотландии. Там были допрошены братья Уолтер де Клифтон и Уильям де Миддлтон, которые рассказали о некоторых установлениях Ордена, например, о невозможности жить в одном доме с женщиной, присутствовать на свадьбах, избегать женского общества для спасения своей души. Также были допрошены аббаты, настоятели, монахи, слуги и наёмники Ордена, всего сорок один человек, но так же ничего криминального обнаружено не было. В показаниях монахов было обнаружено, что церемония тайны и секретности заставляла их подозревать об этом ордене худшее. Некоторые священники выступали, что тамплиеры всегда были против церкви, и поэтому виновны. Некоторые говорили, что тамплиеры якобы не позволяли вступать бедным в их Орден, а только знатным и богатым. К слову, в последние десятилетия сложилась несколько неприятная практика: рыцари вступали в Орден бедных рыцарей Храма Соломонова только промотав всё своё имущество. Таким образом, обвинение было безосновательным. Аббат монастыря Святого креста в Эдинбурге заявил, что тамплиеры присвоили собственность своих соседей, однако он не знает, было ли на то основание. Аббат Думферлина сказал, что ничего не знает, но очень многое слышал, а ещё больше – подозревал. Некоторые свидетели заявляли, что слышали, как некоторые старики говорили, что тамплиеры никогда не потеряли бы Святую землю, если бы были добрыми христианами15.

9 января 1310 допрос возобновился в Лондоне. Настоятель церкви св. Дунстана, находившейся неподалёку от Темпла, заявил, что имеет большие подозрения касательно Ордена, но видел, как священники служили литургию в Темпле, и не видел ничего противоправного. Священники, настоятели и викарии многих других церквей так же не смогли дать каких-либо обвинительных показаний.

27 января брат Джон де Сток дал показания о том, что погребение тамплиеров происходит в присутствии мирян, что все братья приобщаются к святым Таинствам в свой последний час. Также в этот день следствие узнало, что многие тамплиеры родом из Англии в данный момент находятся на Кипре.

29 января заключённым было предъявлено 24 новых пункта обвинения, составленных инквизицией. Их спрашивали, знают ли они что-либо об преступлениях, в которых признался Великий Магистр, знают ли что-либо порочащее о братьях, главным образом – о магистрах и прецепторах. Инквизиция наводящими вопросами подталкивала допрашиваемых к признанию того, что тамплиеры в Англии и Франции выполняли волю Великого Магистра и действовали в соответствии с уставом и обычаями, что привело бы возможности признания вины не только над членами ордена Тамплиеров в Англии и Франции, но и в целом Ордена. Инквизиция теперь спрашивала, доставляли ли ревизоры установления и распоряжения главному прецептору Англии; звонил ли колокол либо какой-нибудь другой сигнал подавался ли для созыва капитула; созывались ли на капитул все братья без исключения; мог ли Великий Магистр смягчать наказания, налагаемые обычными священниками; считают ли они, что главный прецептор может снять отлучение с мирянина (не стоит забывать о ст.12 Французского Устава, предусматривающей возможность вступления в Орден отлучённого, но с условием предварительного уведомления епископа; тем не менее, общество отлучённых считалось для тамплиеров крайне нежелательным); считают ли они, что магистры могут отпускать грехи (на что была исключительная прерогатива Церкви); считают ли они, что любой брат может отпустить грех лжесвидетельства слуге-мирянину, если тот согласится принять наказание во имя Святой Троицы (таким образом инквизиция хотела дать повод усомниться в правдивости обвинительных показаний).

С 29 января по 6 февраля было допрошено ещё тридцать четыре тамплиера по новым статьям обвинения. Никто из них не дал обвинительных показаний, кроме того, рыцари заявляли, что прецепторы, ревизоры и братья ни в Англии, ни во Франции никогда такого не делали, а показания их французских коллег – это ложь, выбитая пытками и посулами. Они заявили, что добрый человек не может поверить таким обвинениям.

Из заявлений заключённых следовало, что колокол Темпла звонил, чтобы сообщить о собрании капитула; что наказания производились магистром по приговору капитула в присутствии остальных братьев, осуществлялись они самим магистром: он стегал провинившихся ремнём по спине; если брат был виновен в аморальном поведении, то его посылали к священнику за отпущением грехов; что все распоряжения поступали от Великого Магистра главному прецептору Англии, который повелевал огласить их в различных прецепториях.

1 марта Эдуард II послал приказания коменданту Тауэра, шерифам Линкольна и Йорка о помещении тамплиеров в отдельные камеры по требованию инквизиторов или епископа и инквизитора. Вскоре такие же приказания получили все тюремщики Англии.16

3 марта инквизиторы представили новые 5 вопросов обвинения, по которым допросили тридцать одного тамплиера. Их спрашивали, как совершалось принятие в Орден, как обеты давались при этом, сколько человек принимало каждого неофита и совершались ли погребения храмовников тайно. Магистр Англии, брат де ла Мор, бывший в числе допрашиваемых в тот день, заявил, что многие прихожане церкви Темпла присутствовали при принятии новых членов в Орден (вероятно, магистр имел в виду, что прихожане присутствовали на той части церемонии, на которой миряне не могли узнать клятв и обетов, даваемых при вступлении) и что погребения совершались открыто.

С 11 февраля по 23 мая тридцать тамплиеров были допрошены в Ирландии, в церкви св. Патрика в Дублине. Никаких обличающих сведений получено не было. Монахи говорили о слухах и подозрениях и не смогли обвинить тамплиеров в чём-то, тяжелее невнимательного слушания проповедей17.

С 30 марта по 10 апреля двадцать тамплиеров было допрошено в Линкольне. Среди них были старые воины, проливавшие кровь за христианскую веру на землях Палестины, и обвинённые в осквернении этой самой веры. Брат Уильям де Винчестер, состоявший в Ордене 26 лет, которого принимал прославленный магистр Гийом де Боже, пояснил, что верёвочные пояса были почётным знаком. Они назывались верёвками из Назарета и носились в память о деве Марии, так как были изготовлены напротив колонны Марии. Однако, рыцарей не заставляли носить именно эти верёвки, можно было носить любые другие. На вопрос о признаниях, сделанных во Франции, все ветераны единодушно отвечали, что французские тамплиеры лгали18.

В Йорке допросы шли с 28 апреля по 4 мая 1310 года. Двадцать три тамплиера настаивали на своей невиновности, а брат Стефан де Раденхолл отказался рассказывать о том, как его принимали в Орден, так как за это с него сорвали бы плащ или ввергли в узилище19.

20 мая состоялся церковный совет под руководством архиепископа Йоркского. На совете опять читали папские буллы. Поскольку расследование было ещё не закончено, то постановили собраться 23 июня того же года и вынести приговор по делу тамплиеров в графстве Йорк.

1 июня в Линкольне были допрошены 16 тамплиеров. Их расспрашивали о наложении наказаний и сути отпущения, даруемого магистром. Из ответов следовало, что наказанных стегали плетьми, а затем либо священник, либо магистр (чего не должно было быть) отпускал им грехи. Также было заявлено, что на общих капитулах, собиравшихся главным образом для сбора денег в Палестину присутствовали обычно только прецепторы.

8 и 9 июня аббат Ланьи и каноник Нарбонны вернулись в Лондон, чтобы прояснить обстановку. Инквизиция стала допрашивать Уильяма де ла Мора и 38 его рыцарей о наложении наказаний и отпущении грехов. Когда магистра спросили, какие точно слова как глава капитула он произносил при покаянии провинившегося брата, магистр Англии ответил, что обычно произносил: «Брат, молись Господу, дабы Он простил тебя»; а присутствующим он объявил: «А вы, братья, молите Господа простить ему его прегрешения и прочтите Отче Наш»; и не произносил ничего более, кроме как пожелания впредь не грешить, а отпущений не давал. Магистр заявил, что прощал рыцарей, которые нарушили устав ордена Храма, властью, данное ему Богом и папой, если рыцари стеснялись или боялись признаться в совершении проступка. Гийом де Сотр сформулировал прощения магистра немного по-другому: после бичевания провинившегося, глава капитула произносил: «Я прощаю тебя, во имя Отца, и Сына, и Святого Духа», а после посылал к священнику за отпущением грехов. Другие свидетели по-разному воспроизводят слова магистра. Некоторые – из-за того, что процедура не была строго формальной, некоторые – из-за клятвы не разглашать тайну капитула.

По итогам расследования инквизиция издала меморандум, что из апостолических посланий и показаний свидетелей можно заключить, что в Ордене существовали некоторые практики, несовместимые с истинной верой20. Руководящие письма папы римского Климента V и показания крайне малого по сравнению с общим числом количества тамплиеров, неграмотных рыцарей, уже давало повод признать обвинения против бедных рыцарей Христа и Храма Соломонова доказанными.

 

ВЫСТУПЛЕНИЕ ЗАЩИТЫ

26 ноября 1309 года Жак де Моле давал показания. Он заявил, что желал бы взять Орден под защиту, так как не верит, что Церковь желает его разрушить, а сам он желал защитить братство, «удостоившее его такой высокой чести» быть его магистром. Дело не только в том, что как выяснилось при аресте де Моле, Великий магистр был неграмотен. Самым важным фактором следует считать резкое усиление общественного внимания к проблемам права, гражданского и церковного законодательства. Госпитальеры давно поняли важность этой проблемы и пригласили к себе появляющихся легистов. Тамплиерам же приходилось думать об этом уже после выдвижения обвинения. Гильом де Плезан, Великий инквизитор и духовник короля, а также его доверенное лицо, от неожиданного заявления и наивности Великого магистра пришёл в замешательство. Поскольку обращение де Моле было к Филиппу IV, то де Плезан позволил главе Ордена встать на защиту.

Через два дня перед кардинальским советом де Моле повторил свою просьбу, ссылаясь на то, что он бедный и неграмотный рыцарь, и ему приходится поручать защиту своего ордена папе Клименту. Кардиналам он заявил три вещи: во-первых, литургию в церквях Ордена всегда служили более красочно (за исключением кафедральных соборов); во-вторых, Орден действительно принимал щедрые пожертвования; в-третьих, тамплиеры всегда считались непримиримыми врагами сарацин, шли в авангарде любого крестоносного войска и самоотверженно защищали веру. Кардиналы раздражённо ответили, что для утратившего веру сказанное не имеет значения. Великий магистр ответил, что всегда верил «в единого Бога, Святую Троицу и другие символы католической веры…».

Комиссия прервала заседания и продолжила их только 3 февраля 1310 года. К этому времени смятение тамплиеров сменилось твёрдой решимостью отстаивать свои права. Командор Пейена Ронсар де Жизи сделал заявления, что все показания были выбиты «под пытками и угрозой смерти». Он подробно поведал о пытках, которым подвергали его и заявил, что под такими пытками сознается кто угодно. Вслед за ним с 7 по 27 февраля подобные заявление сделали ещё 532 тамплиера по всей Франции.

14 марта девяноста тамплиерам, пожелавшими защищать свой орден, зачитали полный список обвинений, состоящий уже из 127 пунктов. К концу марта число защитников выросло до 597. Жан де Робер, орденский священник, сделал заявление, что личные грехи тамплиеров не могут быть вменены Ордену в целом, что было очень разумно. Комиссия кардиналов, учитывая большое число защитников, предложила выбрать несколько «прокуроров или синдиков». Выбор тамплиеров пал на поверенного при Папской курии Пьера Булонского, командора Орлеанского дома Рено де Провена (оба были священниками) и на рыцарей: командора Бландеи Гийома де Шанбонне и командора Карла Бертрана де Сартижа.

Пьер Булонский 25 лет состоял в Ордене, изучал юриспруденцию в Болонье, был командором в Папской области, что указывало на высокую образованность. В 1307 году был арестован, признал, что отрекался от Христа и плевал на распятие, отрекся от содомии, но признавал, что среди рыцарей это случалось. Рено Прованский отличался острым умом, и даже собирался вступить в орден доминиканцев, но передумал и вступил в орден Храма.

Первым делом два священника обратили внимание на содержание заключённых тамплиеров: их лишили причастия, конфисковали то немногое имущество, что было (даже рясы священников), плохо кормили, держали закованными в кандалы, умершим отказывали в погребении по христианскому обряду. Перед комиссией кардиналов Пьер Булонский назвал все обвинения «позорными, непристойными и мерзкими выдумками», а все признания ложны, так как получены либо во время пыток, либо их давали злостные враги Ордена.

Рене Прованский повёл дело так, что оправдываться пришлось кардиналам. Во-первых, он утверждал, что только Великий магистр и капитул Ордена вправе назначать прокуроров для защиты. Во-вторых, что все процедуры выдвижения обвинения незаконны с точки зрения права. В-третьих, что все дела надо передать в церковное ведомство, а обвиняемым предоставить возможность для найма адвокатов. Впервые после внезапного ареста тамплиеры сформулировали аргументы в свою защиту.

Пьер Булонский предстаёт перед нами не просто грамотным адвокатом, но и защитником прав человека, как называет его П.П.Рид. В своих выступлениях он говорил об атмосфере «исключительной ярости и нетерпимости», применении «самых изощрённых пыток, от которых одни просто умерли, а другие стали калеками, что побудило многих солгать, оклеветать себя и весь орден». Он говорил, что пытка делает невозможным свободное мышление, говорил о давлении Филиппа IV, обещавшего тем, кто оклевещет Орден, прекращение пыток, жизнь, свободу и пожизненную ренту.

Были приведены аргументы, взывающие к здравому смыслу судей. Неужели тысячи людей знатного происхождения «стремясь погубить свою душу, выбрали служение в ордене»? Если бы такая практика была в Ордене повсеместно, то «они бы тут же возопили и громко поведали об этом всему миру».

Против аргументов Ордена было нечего возразить. И если бы процесс шёл в соответствии с буквой закона, Пьер Булонский и Рене Прованский, несомненно, выиграли бы дело. Но закон не был на стороне справедливости.

 

РОСПУСК ОРДЕНА ХРАМА

Филипп IV, разгневанный мощным отпором тамплиеров и проволочками Климента V (собор во Вьенне пришлось отменить, так как к октябрю 1310 года решение по делу так и не приняли), решил ускорить дело при помощи своего приспешника архиепископа Сансского Филиппа де Мариньи, который хотел отблагодарить короля за архиепископский трон в Сансе, полученный не без протекции его старшего брата, Ангеррана де Мариньи, претендовавшего на пост главного министра. По внутрицерковному устройству, сохранившемуся ещё со времён Римской империи, Париж относился к округу Санс. 10 мая 1311 года, когда кардинальская комиссия отдыхала, Филипп де Мариньи собрал местный церковный совет. Пьер Булонский тут же обратился к кардиналам с просьбой оградить защитников ордена Храма от судилища. Председатель комиссии архиепископ Нарбоннский умыл руки, заявив, что архиепископ Сансский – хозяин в своей епархии. Комиссия вынесла решение не препятствовать комиссии де Мариньи, к тому же кардиналы были при всём желании не в праве этого сделать: повлиять на решение архиепископа Сансского мог только папа. Архиепископ применил простой, но действенный метод. На церковном трибунале 11 мая он заявил:

«Вы признали, что братья, принятые в орден тамплиеров, были принуждаемы отвергать Христа и плевать на распятие, и что вы сами участвовали в этом преступлении: следовательно, вы сознались, что впали в грех ереси. Своим признанием и раскаянием вы заслужили прощение и примирились с церковью. Поскольку вы отказались от вашего признания, то церковь более не считает вас раскаявшимися, но вновь впавшими в заблуждение. Следовательно, вы являетесь вновь впавшими в ересь и как таковых, мы приговариваем вас к сожжению»21.

На следующий день во исполнение этого абсурдного приговора, несмотря на протесты прокуроров, 54 члена ордена были сожжены на медленном огне. Все они до последнего твердили, что их казнят беспричинно и несправедливо. Сотни тамплиеров, которые так ни разу и не раскаялись, были заточены навечно как нераскаявшиеся еретики. Те же, кто испугался и оклеветал Орден, были отпущены на свободу с назначением пенсии, как и обещал Филипп. Как мы видим, главной целью короля было уничтожить орден бедных рыцарей любой ценой. При допросе сержанта Эмери де Вильерле-Дюка он заявил, что из страха перед такой ужасной смертью сознался бы, что убил самого Господа. Однако он тут же испугался и просил кардиналов не передавать его слова королевским чиновникам.

Всего 130 тамплиеров было сожжено в Париже. Много других приняли смерть в Лоррене, Нормандии, Каркассоне, Сенлисе. Чиновники короля Филиппа, проявив акт нечеловеческой жестокости, осквернили память мёртвых. Они вырыли из могилы тело бывшего казначея Парижского дома Жана де ла Тура и сожгли его как еретика. Но расследование на этом не заканчивалось. Ещё у многих тамплиеров удалось получить признание вины, под воздействием пыток и печального опыта их братьев. Заключённые замка Але сознавались в самых нелепых вещах: что на капитуле провинции Монпелье они поклонялись голове; что Дьявол приходил к ним образе кота и беседовал с ними; что голова была с длинной бородой; что голова была женской; что при поклонении голове являлось множество бесов в виде прекрасных женщин22.

Защитники ордена Храма были бессильны против произвола властей. Пьер Булонский бесследно пропал из тюрьмы, церковный совет Санса лишил духовного звания Пьера Булонского, а рыцари де Шанбонне и де Сартиж заявили, что не могут исполнять свои полномочия без священников, потому что неграмотны, а защитники Ордена сложили с себя обязанности. Так Орден остался без защиты.

В Англии всех тамплиеров допрашивали поодиночке и порознь, но они все давали одинаковые показания, доказывающие невиновность Ордена. Но инквизиторам важно было найти следы вины тамплиеров. Под мощным напором папы король Эдуард II 26 августа повелел шерифам передать тамплиеров инквизиторам по их требованию. В конце сентября церковный совет постановил, что если на тамплиеров не подействует тюремное одиночество, применить пытки, однако на совете напомнили, что применять пытки можно только без нанесения неизлечимых увечий, перелома конечностей и сильного кровопролития. Инквизиторы, епископы Лондонский и Чичестерский должны были сообщить результаты расследования архиепископу Кентерберийскому, который должен был созвать совет и на нём принять решение по делу. Совет прервал работу до праздника Воздвижения Святого креста 1311 года.

Король отдал несколько указов касательно правил выдачи тамплиеров (по одиночке или всех сразу) инквизиторам, а также касательно выдачи Роджером де Винджфелдом, попечителем земель тамплиеров, денежного содержания в пользу чиновников23. 22 ноября Эдуард ознакомил горожан, олдерменов и мэра Лондона, что позволил инквизиторам применять пытки по отношению к тамплиерам. Король также велел предоставить шерифам подходящие здания в городе с возмещением убытков24. Поскольку шерифы и олдермэны не всегда исполняли приказы короля незамедлительно, так как видели, какая несправедливость оказывается к ордену рыцарей Христа, Эдуарду приходилось направлять повторные приказы25. 12 декабря все тамплиеры из Линкольна были переведены в Лондон для одиночного заключения в узилищах и частных домах.

30 марта 1311 года епископы и инквизиторы Англии продолжили допросы. Братья ордена Храма томились в тюрьмах уже три с лишним года. Никто не оказывал им поддержки. Папа уже заочно признал тамплиеров еретиками и язычниками, обречёнными на вечные муки в аду. Заключённые знали, что признание вины обеспечивает свободу, прощение и возвращение в лоно Церкви. Они видели печальный опыт тамплиеров во Франции, но на последних допросах твердили, что всё, что происходило на капитулах и в Ордене вообще, было честным и достойным, не являлось ересью или грехом. Из заявлений братьев следовало, что магистр Англии созывал общий капитул только раз в году, приглашал прецепторов Ирландии и Шотландии и поднимал вопросы касательно Святой земли.

В апреле 1311 года в капитуле собора св. Троицы были допрошены 72 свидетеля, преимущественно монахи: кармелиты, августинцы, доминиканцы и францисканцы. Все их показания были основаны на слухах или сведениях, полученных из третьих рук.

Генри Ганет слыхал, что брат Гуго де Нипуриас дезертировал к сарацинам, прецептор Замка Паломника обычно принуждал новобранцев отречься от Христа (хотя свидетель не помнил имени прецептора и имён отрекшихся), что некий тамплиер имел двуликую голову, которая умела отвечать на вопросы.

Мастер Джон де Нассингтон утверждал, что светские рыцари Мило де Стэплтон и Адам де Эверингтон сказали ему, что были приглашены на праздненство в прецепторию Темплхерст и там им объявили, что тамплиеры ежегодно поклоняются тельцу.

Джон де Эйр, шериф графства Йорк, заявил, что тамплиер Уильям де ла Фенн, его знакомый, дал почитать жене де Эйра книгу, между страниц которой находился листок, на котором были написаны еретические слова о том, что Христос не сын Божий, а распят был за свои грехи. Когда де ла Фена вызвали к инквизиторам, он заявил, что действительно давал почитать книгу, но о листке ничего не знает, к тому же это было 6 лет назад, что подтвердил сэр де Эйр.

Уильям де ла Форд, священник церкви Крофтон, слышал, как покойный августинец Уильям де Рейнбург говорил, как брат Патрик из Риппона ему рассказывал, что при вступлении в Орден его привели в одном исподнем в тайную комнату, приказали отречься от Христа, заставили плюнуть на распятие, оголить бёдра и встать задом к распятию. Со слезами на глазах Патрик всё это проделал, его заставили поцеловать изображение тельца и поклониться ему. Потом якобы ему завязали глаза, и все братья по очереди целовали его. Священник не вспомнил, куда именно. Когда де ла Форда спросили, когда же он узнал об этом, то святой отец чистосердечно сознался, что после ареста тамплиеров по королевскому приказу.

Францисканец Джон де Ведерал послал в инквизицию письмо с утверждением, что слышал, как тамплиера Роберт де Байсат видели бегущим по лугу с криком: «Увы! Увы! Зачем я был рождён, если я отверг Бога и продался Дьяволу!» Другой францисканец (орден которых заметно отличился при доносе на тамплиеров) слышал, что у одного тамплиера был сын, который, подглядывая в щель за проведением капитула, видел, как убили человека, отказавшегося отречься от Христа. Когда отец предложил сыну вступить в Орден, молодого человека будто бы тоже убили.

Двадцать свидетелей, допрошенных в присутствии друг друга придумывали похожие нелепицы26. Как мы видим, свидетельские показания не заслуживают внимания как серьёзные свидетельства вины Ордена, если таковая и имела место быть.

На этом  этапе расследования инквизитор Сикар де Вор предъявил два признания, вырванных под пытками у тамплиеров Франции. Первое из них сделал английский тамплиер Робер де Сен-Жюст, арестованный во Франции. Он утверждал, что при принятии в Орден плюнул не на крест, а рядом. Второе было сделано ещё 15 ноября 1307 г. приором Аквитании и Пуату Жоффруа де Гонвилем. По его утверждению, когда его принимал в Орден магистр Англии Роберт де Торвиб и повелел отречься от Христа, де Гонвиль отказался. Де Торвиб объяснил ему, что такой обычай установил один из Великих Магистров, принесший клятву некоему султану, будучи в плену, ввести такой обычай, и что он теперь проводится в честь святого Петра и сговорился с магистром, что будет объявлено, будто бы он отрёкся. Впоследствии рыцарь отрёкся от своих слов, но Великий инквизитор Франции об этом умолчал. Жоффруа де Гонвиля пытали на дыбе, но он отказался признаваться вновь. Тем не менее, его заставили подписать документ о том, что он сказал правду под угрозой пыток.

Рыцарь Феринзий ле Марешаль подозревает, что его дед, вступивший в тамплиеры, умер именно из-за того, что отказался участвовать в оргиях. Викарий церкви Сент-Клемент в Сендвиче слышал, как одного мальчика, подслушивавшего на капитуле, убили за то, что он выдал себя, подав пояс обронившему его рыцарю. Францисканец Иоанн де Герций рассказал безумную историю, которую он слышал от некоей женщины по имени Какокака (!), слышавшей это от прецептора Лондона Эсквалета. Согласно этим сведениям, один из слуг пробрался в зал и видел, как тамплиеры, достав из чулана чёрную фигуру с блестящими глазами и крест, посадили фигуру на крест, после чего все тамплиеры целовали фигуру в зад и плевали на крест. Монах сказал, что слышал это 14 лет назад, когда женщина со своим мужем Робертом Котакота (!) держала лавку в Лондоне. Другой францисканец Уолби де Бас слышал, что Джон де Дингстон слышал, что магистр Лондона (неизвестно, какой), будучи на смертном одре, завещал тамплиерам поклоняться золотой голове, хранившейся у него в тайнике. Монах Ричард де Коефельд слышал от Джона де Борна, узнавшего от тамплиера Уолтера Бачелора, что вступающий в Орден должен продаться дьяволу, а от священника церкви Ходли, узнавшего от некоего викария, который был исповедником того же Бачелора, этот же монах слышал, что в установлениях тамплиеров присутствовал один пункт, который нельзя открыть никому из живущих. Если внимательно почитать Устав, то мы увидим, что его вообще нельзя читать никому, кроме рыцарей-тамплиеров (ст. 326 Французского устава). Видимо, тамплиеры хранили его как военную тайну. Если бы Устав был более открытым, то против храмовников не смогли бы возникнуть необоснованные подозрения.

Ещё один францисканец, Джон де Донингтон, на допросе рассказал, как один старый тамплиер, чьё имя он не помнит, рассказал ему, что в Англии хранится 4 идола, что идолопоклонничество ввёл в Англии Уильям де ла Мор. Также он свидетельствует, что некий дворянин Уильям де Шокервик, пожелал вступить в Орден, и тамплиер, который был в составе охраны Темпла, куда дворянин отвозил своё имущество, сказал: «Хуже нет для тебя, брат, чем вступить в наш орден. Ты видишь нас извне, а не изнутри; остерегайся; больше я ничего не скажу тебе». Затем свидетель приступил к подробному рассказу действий на Востоке, пытаясь показать, что тамплиеры изменили делу христиан и вступили в союз с сарацинами27. Позорные для Ордена перебежки к мусульманам, конечно, бывали. К примеру, знатный тамплиер Роберт Сент-Олбанский бежал к сарацинам и занял высокое положение в их войске28.

22 апреля 1311 года все заключённые Лондона предстали перед инквизиторами и епископами Лондона и Чичестера в церкви св. Троицы. Им зачитали свидетельские показания. Тамплиеры потребовали копии документов. Им выдали копии и дали 8 дней для составления линии защиты. По их истечении доверенный епископа Лондона прибыл в Тауэр с писцами и свидетелями. Тамплиеры же ответили, что они неграмотны и несведущи в законах, а обратиться за помощью им возможности не дали. Однако они пожелали провозгласить кредо Ордена, предъявить привилегии, предоставленные им святыми понтификами и дать собственные показания. 29 апреля они составили декларацию, в которой заявили, что веруют в Иисуса Христа и Бога-Отца, воскрешение сына Божия. Они заявляли о своей непорочной жизни, о военных подвигах на Святой земле, повиновении Церкви. Они молили о милосердии, просили вспомнить о заслугах братства перед Церковью. Они напомнили о привилегиях, дарованных Святым престолом и записанных в римской курии. Тамплиеры признали, что неграмотны, но готовы пригласить людей, действительно видевших их смиренную жизнь. Рыцари заявили, что веруют в Таинства, Святой крест и Господа. Бедные рыцари ордена Храма также попросили, чтобы их декларацию зачитали перед всеми людьми29.

Это заявление не устраивало инквизиторов, которым была дана установка найти свидетельства вины, и пытки возобновились. Декларация так и осталась без внимания, как и любое свидетельство в пользу Ордена. Королю пришлось повторить указы касательно содержание тамплиеров в цепях в отдельных камерах и выдаче их инквизиторам по требованию. С ними беседовали не только инквизиторы, но и знатоки теологии, увещеваниями пытавшиеся склонить рыцарей покинуть Орден. Тамплиеров допрашивали во время пыток в присутствии нотариев, и коварным инквизиторам удалось добиться каких-то результатов: они сломили дух двух братьев и одного капеллана. 23 июня королевские чиновники схватили в городе Сосбери брата Стефана де Стапелбругее, «отступника и беглого тамплиера», который рассказал о двух видах принятия в Орден: праведном и неправедном (через отречение от Распятия).

25 июня предстал перед епископами «отступник и беглый тамплиер» Томас Точчи де Торолдби. Он повторил своё заявление, сделанное до побега касательно наказаний и формы отпущений, а также о верёвочных поясах, которые носили из благочестия. На вопрос, почему он бежал, он ответил, что аббат Ланьи, папский инквизитор, поклялся, что заставит его признаться прежде, чем покончит с ним. Аббат Ланьи сдержал слово, и  29 июня после многочисленных пыток брат Томас Точчи де Торолби заявил, что отверг Христа устами, но не сердцем, и плюнул рядом с крестом. Он дал показания против магистра Храма в Лондоне Брайана ле Джея, утверждая, что брат Брайан говорил, что Христос не истинный Бог, что кричал на бедняков, просивших милостыню и злился, когда его просили подать во имя пресвятой девы Марии. Ч.Дж.Адиссон в своём труде делает акцент на то, что если тамплиеры были язычниками, то весьма странными, если заканчивали свою мессу в честь кота псалмом «Боже, будь милостив к нам», содержащий слова «Дабы познали на земле путь твой, во всех народах спасение Твоё». Брат де Торолдби приплёл к своим показаниям то, что тамплиеры угнетали христиан, всегда покровительствовали сарацинам, и что в его мыслях был только Дьявол, до недавнего времени30. Пользуясь тем, что добыли, инквизиторы не замедлили разыграть публичный фарс, и на церковном совете с пафосом вернули покаявшихся в лоно церкви.

1 июля 1311 года было вырвано признание у капеллана Джона де Стока. Он сознался, что его приняли в Орден так, как он рассказывал на первом допросе, но позже его пригласили в покои Жака де Моле, который желая убедиться в покорности нового капеллана, заставил его отречься от Спасителя, утверждая, что он был человеком и распят за своих грехи. Капеллан сказал, что сделал это устами, но не сердцем. Он сказал, что ему повелели после этого верить в «в великого всемогущего Бога, который сотворил небо и землю»31. 3 июля брат Джон де Сток у западного входа в собор св. Павла публично покаялся и получил прощение Церкви.

На этом список доказательств вины против тамплиеров Англии исчерпывается. После долгих лет пыток инквизиторам удалось вырвать лишь крайне немногочисленные, но странные признания в том, что храмовники заставляли вступавших в Орден отрекаться от христианской веры. Для людей, сделавших крест своим знаменем и смыслом жизни, это обвинение было крайней странным.

5 июля 1311 года епископ Чичестерский по поручению церковного совета провёл беседу с магистром Англии Уильямом де ла Мором и предлагал ему отвергнуть ереси, в которых он повинен согласно собственным показаниям и показаниям братьев-тамплиеров. Магистр отказался. Тогда 6 июля во всех тюрьмах Лондона с тамплиерами беседовали клирики, убеждая их, что они повинны в ереси, а магистр, не имея священного сана, не имел права отпускать им грехи. Почти все рыцари заявили, что не станут упорствовать в своём заблуждении и готовы отречься от всех ересей, в которых их обвиняют. Церковный совет был очень доволен. Они смогли достичь компромисса с рыцарями, перевалив всю вину на Уильяма де ла Мора и Орден в целом. В ближайшие несколько дней все покаявшиеся были возвращены в лоно Церкви у собора св. Павла. Многие были больны в результате долгих заточений, и получили прощение возле Тауэра. Но то немалое число кающихся на английском, нормандском и латинском языках рыцарей вызвало восхищение у населения Лондона. То же происходило в Йорке. Раскаявшихся тамплиеров направили в монастыри. Так закончился процесс против ордена бедных рыцарей Христа и Храма Соломонова в Англии.

Подобные расследования были и в других странах, только результаты расследования сильно различались. Соборы Таррагоны и Арагона объявили Орден свободным от ереси. В Португалии и Германии тамплиеров признали невиновными. В целом, вне зоны влияния Филиппа IV и Климента V ни один рыцарь Храма не был приговорён к смерти.

16 октября 1311 года состоялся церковный экуменический (вселенский) собор во Вьенне. Папа римский открыл собор, приказал зачесть показания, полученные в результате расследования, а затем объявил о роспуске ордена, в котором обнаружились столь вопиющие мерзости. Однако никто кроме одного итальянского прелата, племянника Климента и епископов Реймсского, Сансского и Руанского, отличившихся на поприще мучения тамплиеров, не поддержали его. Священнослужители решили выслушать, что скажут члены Ордена в свою защиту. Год был неурожайным, а Климент затянул собор, и многие епископы стали разъезжаться, а некоторые из-за плохой погоды заболели. Папа закрыл собор, пообещав, что сам примет необходимые меры.

В начале 1312 года папа собрал частную консисторию, склонив нескольких французских кардиналов и епископов на свою сторону, и выпустил ордонанс, в котором говорилось, что Орден бедных рыцарей Христа и Храма Соломонов отныне распущен, в него запрещено когда-либо кому-либо вступать, носить орденское облачение и называть себя тамплиеров. Те, кто ослушаются, будут отлучены от церкви в силу самого факта32.

3 апреля папа открыл во Вьенне второе заседание Собора, на котором присутствовал Филипп IV. На нём было прочитано папское запрещение деятельности Ордена. История не оставила свидетельств возражения или одобрения. Против столь могучей воли было бессмысленно что-либо возражать.

Вскоре от сердечного приступа скончался Уильям де ла Мор. Эдуард II, сожалея о его судьбе, приказал коменданту Тауэра передать имущество магистра (4 фунта, 19 солидов, 11 денье) его душеприказчику для покрытия долгов. Через какое-то время Уильям де ла Мор был признан мучеником.

Главный прецептор Оверни, брат Гимберт Бланк, человек, сражавшийся в Палестине под руководством четырёх Великих Магистров, обладавший по свидетельствам современников необыкновенным благородством, честностью и гордостью, ни разу не признавшийся в злодеяниях, приписываемых Ордену, скончался в самой мрачной камере английских темниц, заключённый в цепи. До его последнего дня к нему приходили инквизиторы, проверяя, не сознается ли он в чём-либо ещё.

Жак де Моле и ещё три высокопоставленных тамплиера (Гуго де Перо, Жоффруа де Гонневиль и Жоффруа де Шарне) содержались в тюрьмах Франции 6 с половиной лет. В своё время они сделали признания, от которых впоследствии отреклись. 18 марта 1314 года перед собором Парижской Богоматери был сооружён эшафот, и много людей собралось, чтобы послушать обвинения в адрес ордена Храма из уст его руководителей. Епископ Альба зачитал их показания и предложил повторить их. Когда дошла очередь до Великого магистра, он воздел к небесам закованные руки, и громко заявил, что ложь есть преступление против Бога и людей, что из-за страха смерти и пыток он приписал грехи и гнусности Ордену, которому верно служил. И в тот момент Жак де Моле заявил, что больше не хочет «добавлять новую ложь к изначальному обману». На этом месте его вместе с другими заключёнными снова отправили в тюрьму.

Филипп IV, узнав об этом, пришёл в ярость. Он, не посоветовавшись ни с кем, повелел вывезти храбрецов на остров посреди Сены напротив своего дворца и сжечь на медленном огне, что и было исполнено в ту же ночь. Так окончили свой земной путь Жак де Моле, Великий магистр ордена Тамплиеров и Жоффруа де Шарне, главный командор Нормандии. Как гласит народная молва, когда пламя костра подобралось к Жаку де Моле, он крикнул проклятие в адрес Филиппа IV, Гийома де Ногаре и папы Климента V, пообещав их всех призвать на Божий суд в течение года, а короля Филиппа к тому же проклял до 13-го колена. На следующее утро монахи собирали останки Жака де Моле. Его белый плащ с красным крестом остался нетронутым пламенем, что для обывателя той эпохи лучше всего свидетельствовало в пользу невиновности.

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Через год после сожжение де Моле папа Климент V бесславно скончался от дезинтерии. Его тело доставили в Карпантрас, где ночью начался пожар и его тело сгорело. Родственники бывшего папы передрались из-за сокровищ, а большая сумма денег, помещённая им в церкви в Лукке, была похищена.

Ещё раньше умер Филипп IV. Знать и духовенство были против него, недовольные постоянными поборами. Три его невестки были публично обвинены в прелюбодеянии. Гийом де Ногаре, главный министр и Гийом де Плезан, Великий инквизитор, умерли в этом же году. Ни один из потомков Филиппа Красивого не умер от старости.

Чтобы сохранить видимость благопристойности, собственность тамплиеров папской буллой была передана госпитальерам, но долго не применялась33. Короли Кастилии, Португалии и Арагона на базе ордена Храма создали другие военные ордена и стали под именем постоянных распорядителей их магистрами, обеспечив себе огромный доход. В своей книге Фуллер указывает, что «главной причиной падения тамплиеров было их необычайное богатство… Вероятно, король Филипп никогда не отнял бы у тамплиеров жизни, если бы мог отобрать их земли, не умертвив их…»34. Разграбив казну Ордена, получая их доходы во время процесса, Филипп ещё и предъявил притязания к госпитальерам на земли стоимостью 200 тысяч фунтов в счёт покрытия расходов на процесс, а его сын – Людовик Сварливый – потребовал ещё 60 тысяч, чтобы оставить собственность в руках рыцарей св. Иоанна. Папа также вступил в долю при разделе конфискованной земли. Король Эдуард подверг собственность тамплиеров учёту и назначил управляющих с целью выплачивать пенсию бывшим слугам Ордена, покрывать судебные издержки и вносить долю на общественные расходы. Однако, с 1312 года король Англии начинает пользоваться собственностью тамплиеров как своей. После того как 16 мая 1312 года папа издал буллу с требованием передать земли ордена Храма ордену св. Иоанна, Эдуард II бурно воспротивился, заявив, что подобное действие без согласия парламента будет унижать честь короны. Тем не менее, он продолжал раздаривать земли тамплиеров, и в начале 1313 года он пожаловал лондонский Темпл Эймару де Валенсу, графу Пемброку. Однако, подчинившись папе, Эдуард 21 ноября 1313 года повелел всем хранителя земель тамплиеров и баронам передать собственность рыцарям св. Иоанна35. Однако некоторые земли были уже возвращены в собственность тем семьям, которые когда-то их пожаловали Ордену, и судьи Англии заявляли, что отнять их нельзя. Папа Иоанн жаловался в одной из булл, что никто в Англии не слушает его слова, не обращают внимание на отлучение, и даже клирики замешаны в этом.

В 1234 году усилиями, папы, епископов и госпитальеров парламент Англии принял статут, передающий бывшую собственность тамплиеров ордену св. Иоанна на основании того, что дарители руководствовались пожеланиями победы христианского дела в Палестине. Наследники дарителей просили парламент отменить его, утверждая, что он издан вопреки здравому смыслу, закону и воле судей. Многие бароны, руководствуясь общим правом, сопротивлялись притязаниям на основании того, что парламент не может вмешиваться в вопросы владения частной собственностью и распоряжаться ею. В правление Эдуарда III в 1334 году был издан акт, подтверждавший права госпитальеров и направлены письма шерифам с требованием проследить за передачей земель36.

Тамплиерам, как и обещал Филипп, выплачивалась пенсия. Далеко не все из них вели благопристойный образ жизни в монастырях. Считая себя свободными от клятв после всего, что с ними было, некоторые из них завели семью, что весьма осуждалось верховным понтификом. В Англии они получали всего 4 пенса в день, и на защиту нищенствующих рыцарей встал король, прося магистра госпитальеров помочь собратьям. Архиепископ Кентерберийский и Йоркский помогали им материально.

После завершения процесса людям с длинными бородами выдавали документы, что они не являются тамплиерами.

Обвинения, выдвинутые против храмовников породили много домыслов и гипотез в наши дни. К примеру, есть гипотеза, что голова Бафомета, которой якобы поклонялись тамплиеры не что иное, как забальзамированная голова Иисуса Христа, которую затем переправили в Лангедок, а штурм Монсегюра был организован только ради того, чтобы эту голову вернуть. Только такое положение вещей не соответствует христианскому понятию о том, что Христос после своей смерти вознёсся на небо. А следовательно, такая концепция не могла существовать.

Что же касается отречению от Христа как способу вступить в Храм, то есть гипотеза, что такой способ действительно имел место быть, и не только у тамплиеров, но исключительно как возможность проверить преданность неофита христианству.

Безумные статьи обвинения эпохи «охоты на ведьм» и до сих пор продолжают порождать странные слухи. Тем не менее, совершенно очевидно, что процесс над орденом Храма замечательно иллюстрирует степень развития права той эпохи, когда зарождалось сословие легистов. Вместе с тем, на печальном опыте тамплиеров мы можем убедиться, что в то время право не всегда было более весомым аргументом против силы или политического веса. Нельзя определённо сказать, что Орден был невиновен. Сказать, что он виновен, нельзя тем более, так как даже 700 лет назад при тщательном расследовании вина храмовников всё-таки не была доказана. И в последние года процесс над орденом Храма вызывает всё больше острых дискуссий, но в итоге каждый решит для себя сам, кто больше виновен: рыцари Христа или инквизиторы папы римского Климента V.

Иллюстрации

         Отсутствуют.

_______________________
1. Симония (от Симона волхва) – весьма часто употреблявшаяся в средние века на Западе в католической церкви продажа и покупка церковных должностей и священного сана (Малый энциклопедический словарь Брокгауза и Евфрона).
2. Энциклика – (позднелат. encyclicus, от греч. enkyklios - круговой, общий), послание римского папы ко всем католикам или к католикам одной страны по вопросам вероучения и общественно-политическим. По канонам католической церкви Э. не подлежит обсуждению и обязательна к исполнению. Э. обычно пишутся на латинском языке и называются по первым словам текста… В ранней христианской церкви Э. назывались послания епископа по вопросам веры. В англиканской церкви название Э. употребляется для обозначения посланий Ламбетских конференций (высший орган Англиканского союза церквей) – Большая Советская Энциклопедия.
3. Бальи – (франц. bailli), королевский чиновник в средневековой Франции. Должность Б. как высшего административного лица в подведомственной ему области (бальяже) была учреждена в северной части Франции в конце 12 в. Б. обладал очень широкими полномочиями, главным образом судебной властью. В 15-16 вв. круг функций Б. сужается, значение его падает. Во время Великой французской революции должность Б. была упразднена. – Большая Советская Энциклопедия.
4. Сенешал, сенешаль – (франц. sénéchal, от позднелатинского siniscalcus - старший слуга): 1) во Франкском государстве в 5-8 вв. главный управляющий королевским дворцом, с 8 в. выполнял судебные и военные функции. С. имели и крупные сеньоры. 2) На Ю. и З. Франции с 13 в. С. - королевский чиновник, глава судебно-административного округа (сенешальства) с широкими судебными, административными, финансовыми и военными полномочиями, назначавшийся преимущественно из представителей местной феодальной знати. С 16 в. С. сохранил лишь военные функции. Должность С. была упразднена в период Великой французской революции. В северной части Франции С. соответствовал бальи. – Большая Советская Энциклопедия.
5. Цит. по «История рыцарей-тамплиеров, церкви Темпла и Темпла, написанная Чарльзом Дж. Адиссоном, эсквайром из Внутреннего Темпла» / пер. с англ. Е.Е. Бергер. – М.: Алетейа, 2004.
6. Hist. de la Condemnation des Templiers. – Dupuy, tom. II, p. 309.
7. Тамплиеры / Пирс Пол Рид; пер. с англ. В.М. Абашкина. – М.: АСТ: АСТ МОСКВА, 2006, стр. 339.
8. Tres des Chart. Templiers, cart. 3, n. 20.
9. Цит. по: Тамплиеры / Пирс Пол Рид; пер. с англ. В.М. Абашкина. – М.: АСТ: АСТ МОСКВА, 2006.
10. Зд.: высшая папская коллегия кардиналов.
11. Каноник (Kanonikos), в др. греч. церкви название священнослужителей, внесенных в список (kanon); в римск. и английск. церквах - штатный священнослужитель кафедрального собора, член капитула – Малый энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона.
12. Raynouard, Monuments Historiques, p. 50, 51.
13. Капитул, 1) у католиков коллегия духовных лиц, состоящих при епископе и его кафедре. К. имеет право выбора епископа (необход. утверждение папою) и управляет епархией, если она вакантна. 2) К. российских императорских и царских орденов, см. Орден – Малый энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона.
14. Actum in Capella infirmariae prioratus Sancte Trinitatis praesentibus, etc. Concil. Mag. Brit., tom. III, p. 344; p. 334-343.
15. Acta contra Templariors. Council. Mag. Brit., tom. II, p. 380, 383.
16. Acta Rymeri, tom. III, p. 202, 203, ad ann. 1310.
17. Там же, p. 179, 180. Council. Mag. Brit., tom. II, p. 373-380.
18. Terrore tormentorum confessi sunt et mentiti, (Признались под страхом пыток и лгали). – Council. Mag. Brit., tom. II, p. 365-367.
19. Council. Mag. Brit., tom. II, p. 371-373.
20. Acta contra Templarios. Council. Mag. Brit., tom. II, p. 358.
21. Joan. Can. Sanct. Vict. Contin. de Nangis ad annum 1310. Ex secunda vita Clem. V, p. 37.
22. Raynouard, p. 155.
23. Acta Rymeri, tom. III, p. 230.
24. Acta Rymeri, tom. III, p. 231.
25. Acta Rymeri, tom. III, p. 228, 229.
26. MS. Bodl. Oxon. f. 5. 2. Concil., tom. II, p. 359.
27. Acta contra Templariors. Council. Mag. Brit., tom. II, p. 358-354.
28. Ф.И. Успенский. История крестовых походов. М., «ДАРЪ», 2005., 150 стр.
29. Council. Mag. Brit., tom. II, p. 364.
30. Council. Mag. Brit., tom. II, p. 383-387.
31. Council. Mag. Brit., tom. II, p. 387, 388.
32. Muratorii collect., tom. III, p. 448; tom. X, col. 377; Mariana, tom. III, p. 157; Raynouard, p, 191. 192.
33. Acta Rymeri, tom. III, p. 323-325, ad ann. 1312.
34. Fuller`s Hist. Holy War, book V, ch. III.
35. Acta Rymeri, tom. III, p. 451.
36. Dudg. Monast. Angl., p. 810.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ И НОРМАТИВНЫХ АКТОВ
Список литературы

  1. «История рыцарей-тамплиеров, церкви Темпла и Темпла, написанная Чарльзом Дж. Адиссоном, эсквайром из Внутреннего Темпла» / пер. с англ. Е.Е. Бергер. – М.: Алетейа, 2004.
  2. Тамплиеры / Пирс Пол Рид; пер. с англ. В.М. Абашкина. – М.: АСТ: АСТ МОСКВА, 2006.
  3. Марион Мельвиль "История ордена тамплиеров" (пер. с франц. Цыбулько Г.Ф.).
  4. Ф.И. Успенский. История крестовых походов. М., «ДАРЪ», 2005.
  5. Fuller`s Hist. Holy War.

Список нормативных актов

  1. Латинский устав ордена Храма.
  2. Французский устав ордена рыцарей-тамплиеров.
  3. Acta Rymeri, tom. II, III.
  4. Acta contra Templarios. Council. Mag. Brit., tom. II.

Данное произведение опубликованно на сайте "Интернет-проект "История ордена Храма" (ИПИОХ) (www.templiers.info) с согласия автора.

Все права на произведения, опубликованные на сайте "Интернет-проект "История ордена Храма" (ИПИОХ) (www.templiers.info), принадлежат их авторам и правообладателям, и охраняются Законом Украины, а также всеми международными соглашениями участником которых Украина является.


Палюлин А.Ю. Процесс против ордена Храма [Электронный ресурс]. – Электрон. дан. – Одесса : Сайт "Интернет-проект "История ордена Храма" (ИПИОХ), 2008. – Режим доступа: http://templiers.info/web/a01.php?page=080911a – Загл. с экрана.

© Палюлин А.Ю., 2008
© Бойчук Б.В., оформление, 2008
Интернет-проект "История ордена Храма" (ИПИОХ) ( http://templiers.info ), 2008
Количество просмотров: 8161
© 2001- 2017, TEMPLIERS.INFO. Все права защищены.
Любое полное или частичное воспроизведение материалов сайта без письменного согласия владельца сайта ЗАПРЕЩЕНО! Email: kontakty[a]deusvult[dot]ru.
При цитировании материалов активная ссылка на сайт TEMPLIERS.INFO обязательна.