Подраздел // Великие люди (эпоха ордена Храма)
Военно-монашеские ордена
Орден тамплиеров
Тевтонский орден
Средневековые государства
Ближний Восток
Средневековые источники
Источники на языке оригинала
Источники в переводе на русский язык
Приложения
Карты, планы, схемы
Миниатюры, фото, иллюстрации
Информация
О сайте ИПИОХ
Контр@Факт
E-mail
ИПИОХ: История крестовых походов - ИПИОХ: Ги де Лузиньян - последний король Иерусалима (Часть V)

Ги де Лузиньян - последний король Иерусалима
Часть V
(продолжение)
   Граф Раймонд Триполийский, оставшись в одиночестве, спешно покинул Наблус, отправился в Тиберию, укрепился там и занял выжидательную позицию. Все явные союзники отвернулись от него. По-прежнему был в силе только политический альянс с партией Марии Комниной, который хотя и ничего не давал в отношении военной силы, однако в недалеком будущем мог оказаться очень ценным.
Исаак II Ангелос
Исаак II Ангелос   (книжная миниатюраизBibliothеque de l'Arsenal, Paris)
   Византийская империя и ее мусульманские враги находились уже довольно долго в состоянии формального перемирия, собирая силы для нового этапа своей многовековой войны. Иерусалимское королевство в данный момент было также в мире с каждой из сторон. Однако незадолго до начала описываемых событий 12 сентября 1185 года в Константинополе вспыхнул мятеж, в результате которого уличная толпа провозгласила императором Исаака II Ангела (Issakios II Angelos). Его предшественник и родственник Андроник Комнин (Andronicus I Comnenos), после двух суток непрерывных истязаний был отдан на съедение диким зверям. Эти обстоятельства отнюдь не способствовали усилению и без того тихо агонизирующей империи, и соответственно давали возможность поставить нового византийского императора, остро нуждавшегося в данный момент в сильных союзниках, в определенную зависимость от дружественных отношений с Иерусалимским королевством. Империя Саладина, в свою очередь, была слишком слаба, чтобы воевать одновременно и с Иерусалимским королевством и с Византией. А принимая во внимание то, что зона конфликта между мусульманами и Византией была намного шире, чем зона конфликтов между мусульманами и Иерусалимским королевством, не трудно было заключить, что для Саладина в данный момент существует два пути: либо совершить молниеносный "блиц-криг", в результате которого Иерусалимское королевство будет окончательно уничтожено, либо любой ценой поддерживать с франками мир на всем протяжении возможной войны с Византией. Таким образом, для графа Раймонда Триполийского могла просматриваться реальная политическая возможность захватить трон, опираясь на мусульманскую поддержку, пусть даже ценой гражданской войны, после чего можно было бы попытаться превратить Иерусалимское королевство в ключевую и политически независимую третью силу, нейтралитет которой был бы слишком ценен как для Византии, так и для мусульман, чтобы какая-либо из сторон могла позволить себе посягать на его благополучие. Единственным рискованным обстоятельством в этом расчете было то, что Саладин вполне мог не удовольствоваться скромной ролью союзника, и легко превратиться в оккупанта. Однако такое развитие событий было бы крайне опасно для Византии, и ее собственные кровные интересы потребовали бы ее немедленного военного вмешательства. И лучшим посредником в подобном случае между византийским императором и графом Раймондом был бы не кто иной, как его двоюродная невестка Мария Комнина, приходившаяся новому императору Византии Исааку II Ангелу троюродной племянницей.
   Раймонд Триполийский не замедлил начать тайные переговоры с Саладином. Какие бы планы своего прихода к власти граф Раймонд не вынашивал, все они так или иначе должны были предусматривать войну против короля Ги де Лузиньяна и его сторонников. Иначе говоря, гражданскую войну в Королевстве, что и было самым желанным политическим исходом для Саладина, вся военная политика которого не давала никаких оснований предполагать что он в дальнейшем собирается мириться с самим фактом существования франкского Иерусалимского королевства. И, судя по всему, Саладин готов был пойти на любые переговоры и соглашения с кем угодно, лишь бы добиться гражданской войны, взорвать Королевство изнутри и покончить с ним окончательно.
   Возможно граф Раймонд, полагал, что он сможет контролировать ситуацию, возможно считал, что чем бы дело ни кончилось - у него нет иного выбора, как бы там ни было, его альянс с Саладином состоялся, что делало гражданскую войну в Королевстве практически неизбежной, если только не случится политическое чудо. Общая обстановка в Королевстве была крайне благоприятна для планов графа Раймонда - вне зависимости от симпатий местных баронов к нему лично, было очевидно, что знатные "полеины" воспользуются первым удобным случаем, чтобы свергнуть с престола ненавистного франка.
   Как раз в этот момент партия особо недовольных своим положение "полеинов", во главе с Марией Комниной, решила перейти к более активным действиям, смысл которых сводился к провокации как можно более сокрушительного столкновения между силами франков и мусульман, которое, вне зависимости от своего исхода, создавало самую благоприятную ситуацию для вмешательства Византии, в результате которого на Иерусалимском троне должна была оказаться ее дочь - юная Изабелла. Соответственно, реальная власть в Королевстве оказалась бы в руках Марии Комниной и ее сторонников-"полеинов", а само Королевство прочно и окончательно вошло бы в политическую орбиту Византийской империи. В таком сценарии развития событий также существовала теоретическая опасность того, что Византийская империя отнюдь не удовольствуется миссией союзницы-освободительницы, а попросту ликвидирует институт иерусалимских королей, и превратит территорию бывшего Королевства в одну из своих провинций, что было бы совсем нежелательно ни для Марии Комниной, ни для ее сторонников. Однако вся предшествовавшая политика Византии в отношении Иерусалимского королевства делала такой исход дела маловероятным.


   За двадцать шесть лет до описываемых событий в 1158-1159 гг. император Византии Мануил I Комнин (Manuel I Comnenos, годы правления 1143-1180) предпринял ряд чрезвычайно успешных военных походов, в результате которых была захвачена Киликия и капитулировала Антиохия. Однако суверенитет этих государств не был ликвидирован и они не были превращены в византийские провинции, что повлекло бы для Византии огромные расходы и напряжения прежде всего по обороне новых территорий. Вместо этого Византия заключила с ними довольно обременительный для тех военно-политический договор, в результате которого военные силы Киликии и Антиохии подпадали в полное и безусловное подчинение византийского императора в случае необходимости для Византии, но при этом византийский император не связывал себя какими-либо конкретными обязательствами по поддержке Киликии и Антиохии в их собственном противостоянии мусульманам, предоставив суверенным государям этих государств решать вопросы собственной обороны своими силами. Таким образом и Киликия и Антиохия превратились для Византии в буфер, эффективно препятствующий опасной для нее концентрации сил мусульманских государств. Подобного результата, реализованного, правда, в гораздо более мягкой форме, Византии удалось добиться и в отношении Иерусалимского Королевства. Побуждаемый обстоятельствами, король Балдуин III заключил с императором Византии военно-политическое соглашение, в результате которого Иерусалимское королевство de facto оказывалось практически в том же положении буфера между Византией и мусульманами, что и Антиохия и Киликия.
   Добившись столь блестящего стратегического результата, император Мануил проявил и замечательный политический такт, придав всему делу ореол благочестивого альянса христианских государей, скрепленных родственными узами, против общего врага: в 1158 году король Иерусалима Балдуин III женился на племяннице императора Мануила Феодоре Комниной (Theodora Comnena), а в конце 1161 года, дабы упрочить союз с Антиохией, Мануил женился на антиохийской принцессе Марии (Maria of Antioh). Разумеется, ожидалось, что с наследником Балдуина III в жилах которого течет кровь Комниных, Византия в будущем построит совсем другие отношения чем с абсолютно чуждыми и враждебными ей потомками Меровея. Но король Балдуин вскоре умер, так и не оставив наследника и византийский император использовал все обстоятельства чтобы добиться нового брака между унаследовавшим престол братом Балдуина III - королем Амори и своей внучатой племянницей Марией Комниной, несмотря на то что Амори уже состоял в законном браке с Агнес Куртене и имел двоих детей: Сибиллу и Балдуина. Мануилу это удалось. Король Амори счел обстоятельства, в которых оказалось Королевство, настолько серьезными и сближение с Византией настолько желательным, что предписал патриарху оформить развод между ним и Агнес Куртене совершенно проигнорировав тот факт, что по церковным канонам развод возможен только в случае доказанного прелюбодеяния (чего, разумеется никому и в голову не приходило доказывать). Брак короля Амори и Марии Комниной состоялся 29 августа 1167, а 1172 году у них родилась дочь Изабелла. Теперь в случае ее коронации Мария Комнина и ее сторонники вполне могли рассчитывать на то, что Византия, усилив свой протекторат, просто не будет в состоянии изменить общее направление своей политики и посягнуть на суверенитет Иерусалимского королевства. Но добиться коронации своими силами они не могли - реальной военной поддержки в их распоряжении не было. Единственный, кто такой силой обладал и мог в принципе выступить против короля Ги в пользу Изабеллы был граф Раймонд Триполийский, которому была уготована поистине трагическая роль в истории гибели Иерусалимского королевства.

   Правнук знаменитого Раймонда Тулузского (Raymund of Toulouse), внук легендарного Балдуина II (Baldwin II) Иерусалимского, один из самых влиятельных вельмож Королевства, он имел заслуженную славу как мудрого правителя так и великого воина, у мусульман за ним даже закрепилось прозвище "франкский сатана". Имея столь выдающиеся заслуги Раймонд, вероятно, еще во времена Амори I некоторым образом проявил свои намерения оказаться на престоле. Ибо, когда 1164 году он был захвачен мусульманами после поражения при Хариме, то просидел в тюрьме восемь лет, несмотря на близкое родство с королем (Амори I и Раймонд были кузенами), тогда как Хью VIII де Лузиньян (отец Ги де Лузиньяна), сидевший вместе с ним, был довольно быстро выкуплен Иерусалимским королем.
   Годы пленения не прошли для Раймонда Триполийского бесплодно. Граф изучил арабский язык и, что главное - проведя с мусульманами немалый срок вместе, прекрасно понимал их жизненную философию и умонастроения. В 1173 году, вернувшись из плена, Раймонд женился на вдове Галилейского принца Уолтера (Walter of Galilee) - Эшиве де Буре (Eschivаde Bures), присоединив, таким образом, к своим Триполийским владениям земли Галилеи (Galilee). Однако, будучи внуком Балдуина II (по материнской линии) Раймонд вполне обоснованно полагал, что имеет права на Иерусалимский престол не меньшие, чем его кузен король Амори (их матери были родными сестрами) и чрезвычайно раздосадованный то ли своей неудавшейся попыткой достигнуть трона, то ли тем, что королем стал не кто иной, как "выскочка" Ги де Лузиньян, Раймонд заключил в 1187 году соглашения с Саладином, "подготавливая множество зол, для сокрушения короля и королевы" (Цит. по: Roger of Hoveden: The Annals.).
   Первым шагом широкомасштабного плана было то, что Саладин неожиданно попросил чтобы мир, заключенный в 1180 году, был продлен на последующих три года. И король Ги, и основа боевой мощи Королевства – Орден рыцарей тамплиеров, одинаково полагали, что принять это предложение Саладина будет крайне выгодно для Королевства, хотя и было очевидно, что вследствие проповеди крестового похода на западе в Святую землю вскоре прибудет множество пилигримов из многих королевств. Поскольку общая реорганизация воинских сил Королевства далеко еще не была закончена, а боевая мощь отнюдь не соответствовала задачам будущей глобальной войны, король без колебаний согласился продлить мир на следующие три года. На Пасху 1187 года Иерусалим заполнился толпами рыцарей и пилигримов, прибывших воевать с мусульманами, но после праздников, когда было объявлено о продленном мире, город вновь опустел. Оправдывая ожидания Саладина, лишь немногие решили остаться после продления мирного договора.
   В 1186 году король посылал в Тиберию несколько посольств, пытаясь склонить графа к примирению. Однако Раймонд укрепился в своих владениях и настаивал на возвращении себе прежде всего титула бальи Королевства и города Бейрута, полученного им во времена бальяжа для содержания, а также и остальных своих привилегий. Так продолжалось в течение года и было ясно, что дальнейшие переговоры бессмысленны. Наконец Ги решил положить конец нелепым препирательствам и приказал сконцентрировать войска возле Назарета для захвата Тиберии. Ожидаемый момент наступил. Нападение королевских войск на Тиберию автоматически означало начало гражданской войны в Королевстве, столь необходимой для планов Раймонда и столь ожидаемой султаном Саладином.
Тивериадский пейзаж
Тивериадский пейзаж
   Цитадель Тиберия была мощным укреплением, а военные силы графа Триполийского были значительны. Перед тем как отдать приказ о начале осады города король собрал военный совет, на котором дал возможность высказаться всем желающим. И многие из приближенных короля, несмотря на личную неприязнь к графу Раймонду, все же умоляли его величество даровать еще одну возможность прощения непокорному вассалу, мотивируя тем, что враги Королевства не упустят получить выгоду от гражданской войны. В итоге решено было, что в Тиберию отправится посольство в составе Грандмастера тамплиеров Жерара де Ридефора, Грандмастера госпитальеров Роже де Мулена, Балиана д’Ибелина Наблусского (Balian d’Ibelin), Реджинальда Сидонского (Reginald of Sidon) и архиепископа Гийома Тирского, дабы попытаться в последний раз склонить графа к прекращению опасной для Королевства вражды с королем. Посольство отбыло из Иерусалима сразу после Пасхи 1187 года (Пасха приходилась на 29 марта).
   Именно в это время Саладин готовил под незначительным предлогом вылазку на территорию Иерусалимского королевства, однако, как показывают дальнейшие события, он не посвящал Раймонда Триполийского до конца в суть своего плана, поскольку именно это предприятие должно было окончательно отрезать графу все возможности для примирения с королем. Формально выглядело это так: под предлогом ординарного набега на христианские территории, Саладин обратился к дружественному ему графу Раймонду Триполийскому с просьбой разрешить проход отряду мусульманских войск через Тивериаду. Раймонд дал свое разрешение, выставив при этом условие, что мусульмане должны войти в Королевство после восхода солнца и оставить его до заката. Какова была реальная цель этой вылазки, сложно сказать. Во всяком случае, границу в районе Брода Иакова (Jacob's Ford) на Иордане (Галилейские владения Раймонда) пересек не маленький легкий отряд, а несколько тысяч всадников – количество, вполне достаточное для развертывания масштабных боевых действий.
Битвакрестоносцев с сарацинами
Битвакрестоносцев с сарацинами  
(книжная миниатюра XVвека "Les Chroniques de France ou de St-Denis")

Роже де Мулен - Грандмастер госпитальеров
Роже де Мулен - Грандмастер госпитальеров
   Выехавшие сразу после торжественной Пасхальной службы послы короля, проехав 40 миль, провели первую ночь в Наблусе - фьефе Балиана д’Ибелина. На следующее утро, 30 апреля, они отправились в Назарет (Nazareth), но уже не в полном составе: Балиан д’Ибелин, по странному стечению обстоятельств, остался еще на день в своем городе, а Реджинальд Сидонский также по не совсем понятным причинам, отправился другим путем. Когда оставшаяся часть посольства добралась до Назарета, Жерар де Ридефор оставил там своих спутников, отправившись переночевать в находившейся по соседству тамплиерской крепости Фев (The Castle of La Feue). В то время, когда он ужинал вместе с братией в трапезной конвента, ему было доставлено известие, что сильный отряд мусульманской кавалерии под командованием Малек ал Афдала (Malek al Afdal), одного из сыновей Саладина, на рассвете пересек Иордан и движется по территории Тиберии. Услышав эту весть, Жерар немедленно послал гонцов в соседний тамплиерский замок Како (The Convent of Caco), скомандовав всем бывшим там рыцарям немедленно прибыть к нему. 1 мая, как только рассвело, девяносто тамплиеров во главе с Грандмастером поскакали в Назарет, где соединились с Грандмастером госпитальеров, сорока назаретскими рыцарями и пехотой в четыреста человек. Общие военные силы под командованием двух Грандмастеров достигали шестисот человек. Продвинувшись в сторону Иордана, к горе Фавор или Табор (Tabor) они внезапно наскочили на мусульманскую кавалерию в несколько тысяч человек, поивших своих лошадей у источника Кишон (Kishon). Тамплиеры, не утруждаясь подсчетом врагов, издали свой воинский клич, и атаковали ужаснувшихся мусульман, сея в их рядах, по словам Радольфа Когглешальского (Radolph Coggleshale) "смерть и проклятие". Мусульмане, вначале растерявшиеся от неожиданного нападения, вскоре воспользовались своим численным превосходством, и сомкнули вокруг рыцарей кольцо, забросав их стрелами. В этой битве погиб почти весь христианский отряд, а также Грандмастер госпитальеров Роже де Мулен и маршал тамплиеров Жак де Милли (Jacques de Mailly). Жерар де Ридефор, с несколькими сильными ранами, пробился через ряды мусульман, и вместе с двумя спутниками, также вырвавшимися из окружения, поскакал в Назарет. Мусульмане обезглавили тамплиеров и, привязав их головы веревками к остриям копий, промаршировали в направлении Тиберии. У подножия горы Фавор, вошедшей в историю христианства как гора, где произошло Преображение Спасителя Иисуса Христа, произошла эта кровавая битва. 1 мая 1187 года, в праздник святых апостолов Якова и Филиппа, "в это прекрасное время года, когда жители Назарета обычно выходили полюбоваться розами и фиалками в полях, сейчас они нашли лишь печальные следы бойни и безжизненные тела своих обезглавленных братий" (Цит. по: Addison, C.G. Knights Templars & the Complete History of Masonic Knighthood.).
   Балиан д’Ибелин этим утром, вместе с другим отрядом тамплиеров, держал путь в Назарет, чтобы встретиться там с Жераром. Добравшись до города Себаста (Sebaste), они решили отслушать мессу, "свернули к дому епископа, и разбудили его, сообщив что уже день. В восточных странах лучшими часами для путешествия являются предрассветные. Епископ приказал старому капеллану облачиться и отслужить мессу, после чего они поспешили дальше" (Цит. по: Addison, C.G. Knights Templars & the Complete History of Masonic Knighthood.). Добравшись до замка Фев они нашли там лишь разбитые палатки тамплиеров из Како, и не было никого, кто мог бы им что-либо объяснить. Они направились в Назарет, но прибыли туда лишь для того, чтобы прослушать вторую мессу в этот день – похоронную, которую проводил над телами братий архиепископ Гийом Тирский. Не задержись они по дороге – исход этой битвы мог бы быть совсем иным. С печалью погребли погибших в земле кладбища Благословенной Девы Марии.
Карта местности, где расположены город Назарет и гора Фавор
Карта местности, где расположены город Назарет и гора Фавор
   Несмотря на столь трагические события, распоряжение короля должно было быть выполнено, и миссия посольства к Раймонду должна была быть завершена. Жерар де Ридефор, Балиан д’Ибелин и Гийом Тирский, с оставшимися небольшими силами, собранными в Назарете, поехали на встречу с Раймондом. Грандмастер сопровождал их лишь до холма над цитаделью, а затем вернулся в Назарет. Приехав в Тиберию, эмиссары короля застали графа Триполийского в отчаянии - он уже знал о свершившемся. Политика альянса с Саладином привела к событиям, в которых мусульмане спокойно и расчетливо воспользовались честолюбивыми замыслами Раймонда, начав, без объявления, войну с франками. Смысл их действий был очевиден. После свершившейся битвы граф должен был окончательно предстать в глазах короля и иерусалимской знати как законченный предатель, пустивший врагов на территорию Королевства, после чего у него уже не было бы другого выхода, как открыто воевать на стороне Саладина. Понимание этого было для графа тяжелым ударом. И, глядя на весело улюлюкающих мусульман, несущих насаженные на пики головы рыцарей тамплиеров и госпитальеров, Раймонд Триполийский принял в этот момент окончательное решение отдаться на милость короля без всяких условий, о чем и сообщил вскоре прибывшему посольству. Этим же вечером он поспешно выехал навстречу королю, выступившему уже с отрядом из Иерусалима. Переговоры и примирение между ними состоялись возле колодца Иакова, близ Наблуса, в присутствии епископов, баронов, а также братии орденов тамплиеров и госпитальеров. Преклонив колено, граф принес омаж, после чего король поднял его и поцеловал. Вместе они возвратились в Наблус, чтобы разработать и принять дальнейшие меры по защите страны.
   Саладин, тем временем, готовил в Египте свои силы, чтобы осуществить давно вынашиваемые планы мусульман - завоевать Святую Землю. Он собрал и "объединил вместе армии, бесчисленные как песок на морском берегу, для священной войны" (Цит. по: De Expugatione Terrae Sanctae per Saladinum.), и вскоре после праздника святых апостолов Петра и Павла 1187 года (праздник Петра и Павла в 1187 году приходился на 29 июня) вторгся на территорию Иерусалимского королевства.
Продолжение следует...
Статья: "Ги де Лузиньян - последний король Иерусалима"
Часть I;  Часть II;  Часть III;  Часть IV;  Часть V;  Часть VI.  

Автор статьи: Галина Росси, искусствовед
2003 г
.
Copyright © 2003, Галина Росси
Количество просмотров: 25316

© 2001- 2021, TEMPLIERS.INFO. Все права защищены.
Любое полное или частичное воспроизведение материалов сайта без письменного согласия владельца сайта ЗАПРЕЩЕНО! Email: templiers[a]mail[dot]ru.
При цитировании материалов активная ссылка на сайт TEMPLIERS.INFO обязательна.